— Возможно, ты выбрал не ту девушку, Солон. Не впервой.

Абсолон качает головой.

— Нет. Это подходящая девушка. Она даже… — он замолкает, смотрит на меня, размышляя.

Как раз в этот момент потолок над головой начинает сотрясаться от звука шагов.

— Вечеринка начинается, — говорит скандинавский парень. — Я бы не стал рассчитывать на то, что Эзра будет слишком гостеприимен.

Вечеринка?

Наверху вечеринка?

С людьми?

Люди, которые смогут мне помочь?

Я открываю рот и начинаю орать во все горло, надеясь, что меня услышат.

— КТО-НИБУДЬ, ПОЖАЛУЙСТА, ПОМОГИТЕ МНЕ!

Но прежде чем успеваю закричать, Абсолон хватает меня за затылок, закрывает мне рот ладонью, прижимая обе ладони друг к другу, понимая, что он мог бы раздавить мою голову своими руками, как дыню.

— Тш, тш, тш, — говорит он мне, сверкая глазами, и душит меня рукой. — Ты же не хочешь, чтобы они узнали о тебе. Они нехорошие… люди.

Я ему не верю.

Я открываю рот, прикусывая его пальцы, пока не чувствую вкус крови.

Он морщится, но не отпускает меня, продолжая прожигать своим взглядом.

— Я не думаю, что ты хочешь это делать, лунный свет. А то еще возбужусь.

— Он прав, — говорит мне парень из Северной Европы. — Он получает удовольствие от причудливого дерьма.

Абсолон раздраженно закрывает глаза и качает головой.

— Вульф, пожалуйста, — затем он смотрит на него через плечо. — Хватай веревку и кляп. Пришло время.

Я моргаю, глядя на Абсолона, и меня охватывает ужас.

Время для чего?

Вульф подходит к деревянному ящику и поднимает крышку. Достает веревку и длинный кусок ткани.

— Извини, что приходится это делать, — говорит он мне, подходя.

— Ты никогда раньше не извинялся, — усмехается Абсолон, убирая руку. — Только не говори мне, что становишься сентиментальным.

— Никогда, — говорит Вульф, надвигаясь на меня с веревкой. — Всегда тяжело рядом с красивой девушкой.

Я бросаю взгляд на Абсолона, который высасывает кровь из того места, где я его укусила, кровь на его губах, та же самая, которую я все еще ощущаю на своих. Кровь, которая сладка на вкус. Он кивает мне, изящно приподняв бровь.

— Моя кровь тебе идет.

Затем Вульф хватает меня сзади, и я пытаюсь убежать и закричать, а Абсолон затыкает мне рот тканью, заворачивая ее несколько раз вокруг головы, в то время как Вульф заводит мне руки за спину, связывая запястья, затем лодыжки.

Меня швыряют на матрас, я приземляюсь на бок, а затем Вульф протягивает веревку к деревянной стене кладовки позади меня, закрепляя.

Я лежу там, уставившись на этих двух мужчин в смокингах, шаги наверху становятся громче, пол дрожит.

— Время выпить? — говорит Абсолон Вульфу.

Тот отряхивает руки и улыбается ему.

— А Папа Римский католик?

Абсолон бросает на него испепеляющий взгляд, и они вдвоем направляются к двери, Абсолон выходит первым.

Закрывает дверь.

Его лицо — последнее, что я вижу перед тем, как он выключает свет.

ГЛАВА 6

Красный полумесяц.

Я ребенок, стоящий под ним посреди поляны.

Лес передо мной черен в ночи, верхушки деревьев видны на фоне усыпанного звездами неба. В лесу раздается шорох, такое ощущение, что из него что-то выходит, желая причинить мне боль.

Монстры.

Я стою, чувствуя, как луна просачивается в мои вены, наполняя колодец внутри меня бледным золотом.

Две фигуры выскочили из-за деревьев, быстро бежа.

Молча наблюдаю за ними, зная, что они здесь для того, чтобы причинить вред.

Но они пробегают мимо меня с обеих сторон, мужчина и женщина, закутанные в плащи и слишком расплывчатые, чтобы разглядеть их отчетливо.

Оборачиваюсь, наблюдая, как две фигуры направляются к дому на берегу моря.

Мой дом.

Где живут мои родители.

Внезапно страх становится реальным.

Я кричу, бегу за ними, мои маленькие ножки слишком медлительны, а потом я падаю, ползу, наблюдая, как фигуры исчезают в доме, который охвачен пламенем.

Кричу, ползу и продолжаю тянуться вперед.

Луна меняет положение на небе, поднимаясь передо мной.

Красные слезы стекают с полумесяца.

Льется кровь.