– То есть как... «перенести»? Она не была удалена навсегда?

– Я что же, похож на чудовище? Ты конечно меня даже не спросил о такой возможности, но я бы всё равно сохранил её интеллект в активном состоянии. Она всё же живое существо и заслуживает не менее доброжелательного отношения, чем я или ты.

– Мне думалось конечно, что всё не так происходит, но я определённо рад тому, что ты сделал. Я и сам не хотел её убивать, просто разделить нас друг от друга... А где она теперь?

– Я загрузил её в одного из «пустых» протогенов с нашего склада. И она практически сразу же после этого ушла куда-то. Видать, была сильно на тебя обижена. Но её можно понять.

– Это лучший исход из возможных. Теперь мы оба свободны друг от друга. Я не знаю, как тебя благодарить... ты в очередной раз меня спас!

Я, не сдержав эмоции, вскочил со стула и тут же заключил своего спасителя в крепкие объятия. Но тут же отпустил, побоявшись пережать его хрупкое тельце. Барашек лишь смущённо отстранился от меня:

– Да не стоит так навязчиво меня благодарить! Мы всё же уже столько друг для друга успели сделать, что и не нужно никаких одолжений.

– Нет, я так не могу! То что мы друзья, ещё не значит, что я не должен тебя как следует отблагодарить!

– Ну тогда я был бы крайне признателен, если бы ты позволил ещё немного пожить у тебя... – скромно сказал он.

– Само собой разумеется! Mi casa es tu casa! Ты же знаешь! Но, я думаю что этого недостаточно...

Я вдруг задумался над тем, чтобы я ещё мог для него сделать. И тут меня, словно молния, поразила гениальная идея. Я попросил Аврору принести свой служебный комбинезон, оставленный ещё у голографического костра. И, когда тот оказался у меня в руках, выудил из кармана две неприметных ключ-карты. Одну я вручил барашку, а вторую козочке:

– Вот, возьмите это. С помощью этих карточек можно запустить спасательные капсулы, которые увезут вас прочь из города, если что! Я скину вам на нейрокомы их координаты, чтобы вы могли ими воспользоваться.

– Какими такими капсулами? В смысле увезут прочь из города?

– Богачи из Аркадии, по всему городу поставили свои эвакуационные капсулы. Если с городом что-то случится, то они увезут их в убежища на дальних рубежах города и там шишки городских корпораций смогут переждать любое ненастье. Это у нас такой полу-секретный проект «Сизиф», в котором я выступаю этаким хранителем ключей и по уставу обязан носить с собой несколько таких карт. Теперь они ваши и вы можете улететь из города, прихватив с собой кого хотите. Это мой подарок и ваша спасательная соломинка, если Пурграду вдруг будет что-то угрожать.

– Но разве они уже не принадлежат кому-то? – с опаской поинтересовался Шон.

– Да, но мне абсолютно нет дела до того, что пара престарелых толстосумов не смогут воспользоваться своими золотыми парашютами. Будет даже многим справедливее, если полетите вы, а не они.

– Нет, я не могу принять этот подарок. Ведь я тогда отниму чью-то жизнь.

– Мне казалось, что ты не очень хорошо относишься к Правительству.

– Это так, но ведь там тоже сидят живые люди. И спасать себя значило бы убить их. Пускай они ублюдки, но это не даёт мне права на такое.

– Они бы вряд ли о тебе переживали...

– И этим я от них и отличаюсь. Поэтому я сильнее, чем они.

– Всё же, я настаиваю на том, чтобы ты взял эту карту. Если не ради себя, то хотя бы ради меня. Ибо мне было бы гораздо приятнее, если бы в случае чего выжил ты, а не какой-нибудь генеральный директор Мара-Медикал. Если тебе будет от этого проще, то этот выбор будет на моей совести, а не на твоей. Ведь это я решил, кто спасётся, а кто умрёт.

– Тогда, пожалуй, я могу принять твой подарок. – барашек сдался и сунул спасительный кусок картона в карман своего халата.

Затем мы обнялись, я ещё раз сердечно поблагодарил всех участвовавших в операции и даже получил пару поцелуев в щёчку от Авроры. Попрощавшись со всеми и выйдя из кабинета, испытывая невероятное чувство свободы, я уже знал, куда теперь направлюсь. Куда я ещё мог поехать?

Теперь, после всего, что я пережил за последние сутки, я наконец был готов к по-настоящему серьёзному шагу. Такому шагу, который и следовало бы ожидать от мужественного и волевого вояки.

Конечно же я поехал к Сирокко, что по словам Шона, даже дала мне повод для посещения, в виде забытого кольца. Сжимая заветное металлическое украшение в руках, я вёл свой летающий автомобиль к той террасе, у которой несколькими часами ранее высадил свою помощницу. Я искренне надеялся, что она ещё не легла спать и не была занята чем-то важным.

Бесцеремонно приземлившись на выделенной для жильцов её сектора воздушной парковке, я прошёл небольшую платформу с искусственным садом, и оказался у заветной двери. Выдохнув и собрав все силы в кулак, я нажал на дверной звонок. Он тут же отозвался у меня в ухе оглушительной сиреной. По крайней мере, моё волнение делало его таким громким и противным.

И оно только нарастало, когда за дверью послышались почти невесомые шаги. Достигла пика тревога в тот момент, когда в двери заскрипел ключ. И наконец полностью спало, когда я увидел знакомое миловидное лицо, украшенное лёгкой улыбкой. Сирокко встретила меня в одном домашнем халате и тапочках, так что явно уже собиралась отходить ко сну. Тем не менее она доброжелательно спросила: