Значит, когда я лечу людей, по крайней мере — её родителей, она получает урон?

Что за хрень…

— Дети, когда это всё началось? Что тут случилось?

Говорить Витя хотел не слишком, но всё же рассказал. Жила и жила их деревня, развивалась, работала. Десять дней назад к ним прибился новенький. Поработал один день, а потом исчез. А вместе с ним и какая-то женщина. Их начали искать. Мало ли звери да монстры какие напали. И нашли… Её, всю изувеченную и едва живую, и его, всего перемазанного в её крови и счастливо улыбающегося. Там же на месте его и забили, а он всё смеялся и кричал что-то. Спасти девушку не смогли и похоронили, а вот тело ублюдка — сожгли. Все думали, что на этом кошмар закончится, но на следующий день те, кто сжигал тело, заболели и свалились. Постепенно болезнь разнеслась по всему посёлку, по всей деревне. Не болели одни только дети. Тогда же в их деревню и перестали заглядывать странники.

Выслушав мальчигана, я сосредоточился и прикрыл глаз, настраиваясь. А когда открыл, то внимательно осмотрел каждый поток и сгусток маны, витавший в доме и деревне.

— Ого… — к моему удивлению, над девочкой возвышался такой вихрь, какой над крайне мощным магом редко встретишь. В этот же момент я присмотрелся и заметил божественную отметку на её шее, свидетельствующую об избрании её каким-то богом нашего пантеона. Да, я его точно где-то видел, хоть и не очень хорошо запомнил, кому он принадлежит. Афина? Или ещё кто-то из богинь.

По полу стелилась мана, что странно двигалась от родителей к девочке, как туман, а уже дальше…

Так, это ещё что за хрень?

— АКХИ-И-И-И! — закричал во дворе мой верный соратник, и я пулей оказался за порогом, выискивая взглядом врага.

*КАР*

*КАР*

— Где враг?

Мана всё также медленно кружила в воздухе, но вся та энергия, что была на земле, неестественно двигалась, как в танце.

— АКХИ-И-И! — удар молнии стал неожиданностью и нанёс столько урона, что активировался первый из щитов, что тут же разросся в ширину.

— Ты что творишь? Аракхи, приди в себя!

*КАР* — продолжал злобно фыркать король неба, смотря на меня, как на кусок мяса, капая слюной и раскрывая клюв.

Красные глаза моего крылатого товарища дали понять: с ним явно что-то не в порядке. Он тут же принялся меня атаковать, а первое, что я сделал — это сместился в сторону от дома, дабы его не задело.

— В себя приди! — я активировал всё, что у меня только было, и разлил вокруг доминирующую ауру. Но это только усугубило ситуацию, разозлив взбесившегося птица.

Видимо, пришло время для жёстких мер. И дабы не разрушать деревню… я ускорился и пошёл в рукопашную атаку, попутно разгоняя божественность и направляя её в целый глаз.

— Да не рыпайся ты… — сжимал я шею воробушка, болтаясь в воздухе, когда он попытался взлететь.

Вихри маны над ним исказились, и стало понятно, что птиц готовится применить какую-то свою очередную способность, и я аккуратно, но сильно стукнул его по голове.

*Вы нанесли критический удар! 66 урона*

*Нанесена травма: лёгкое сотрясение головного мозга*

— С первого раза… повезло… — удивился я, начиная падать вместе с птицем. Пернатый вдогонку ко всему ещё и сознание потерял.

И хорошо, что повезло — духовным ударом «награждать» друга не хотелось.

Активация парения позволила смягчить приземление со столь тяжёлым грузом. Ну и я удивлённый поднялся у самых ворот, где мы свалились.

— Вот ведь паскудство…— выпрямился и окинул поселение новым, куда более серьёзным взглядом, наполненным божественностью. — Неудивительно, что люди дохнут…

Накрытый сплошным куполом посёлок, помимо домов, имел внутри ещё одну вещь… Невидимую для простого взгляда. Более того, даже опытный маг смог бы заметить только вот эти странные завихрения маны.

А между тем вся она была покрыта странными энергетическими корнями, полными гнойников и других мерзких ран. Подобно опухоли, они двигались и, как ленивые змеи, ползли, перекачивая нечто внутри своих уродливых, покрытых полупрозрачной желтоватой слизью корней. Из каждого дома, обвитого этими кишками, вытягивались жизненные силы людей. И все они текли в одну и ту же сторону — прямиком к перекрёстку, расположенному в центре деревни. И посреди этого перекрёстка внезапно оказалась дыра, куда стягивались все эти не то кишки, не то корни.

Да уж, зрелище не из приятных.

Из одного дома что-то вдруг выстрелило вверх, зависло над крышей белым облаком и отправилось в небеса. Медленно и лениво, будто так и не смирившись с необходимостью покидать этот мир. Я ощутил странно чувство: на меня как будто кто-то смотрел. Движение же этих уродливых невидимых корней из того дома прекратилось, и я сложил пазл. Ещё одна душа покинула этот мир.

— Аракхи, что это за гадость волочится от тебя к этому перекрёстку? — я вытянул руку и призвал свой клинок, мощным ударом обрушив его на землю и перерубив нечто вроде пуповины, тянувшейся к моему другу.