Шрифт:
— Куда летим?
— В центр, в самый центр, хочу глянуть что за крошка там обосновалась.
Дорога не заняла много времени, закачанный по самые жабры нейтрониумом, Шкип летел, как наскипидаренный, но свой короткий план я все же успел ему объяснить. Впрочем, на это хватило пары предложений, ведь ничего сложного в этом не было.
— Ты уверен? Такого еще никто не делал, ты уверен, что получится?
— Нет, я ни в чем не уверен, но ты сам говорил, что под воздействием Пуничевского излучения нейтрониум начинает вырабатывать антиматерию, и чем больше нейтрониума, тем большее количество его вырабатывается, причем в геометрической прогрессии. Так сколько его произведут четыреста тонн если тебе грамма хватает для того, чтобы мотаться туда-сюда, как ненормальному?
— Не знаю, не могу посчитать, может количество антивещества сравнится с солнечной системой, а может со всей галактикой. Я не знаю.
— Вот и проверим. А затем сложим один плюс один, — я указал на сверхмассивную черную дыру, в которую нас потихоньку начало затягивать, — и получим ноль.
— Ты уверен? — Еще раз переспросил Шкип.
— Я ни в чем не уверен, но это все, что у меня есть. Давай, не тяни, не хочу отправиться на тот свет, не увидев этого.
— Тогда сделаем это мощно, задействуем девять из десяти излучателей. Мне на поглядеть и одного хватит. Поехали!
С этими словами все стены корабля стали прозрачными, а я остался висеть один, в открытом космосе. Вернее, рядом со мной зависла глыба нейтрониума, вглубь которого сейчас ввинчивались девять излучателей, на вид точь-в-точь похожих на миниатюрную копию самого корабля, после чего корабль сотряс мощный толчок, и глыба улетела вдаль, практически сразу исчезая из вида.
— Пять.
— Что? — Не понял я.
— Четыре.
— А… три.
— Два.
— Один.
Вспышка.
Хотя это как-то слабо сказано.
ВСПЫШКА!
Вспышка невероятной чистой белизны.
— Хм-м, так вот ты какая — белая дыра антиматерии. Это красиво.
— Ты прав Бро, божественно красиво.
— Только, кажется, она маловата и растет как-то неуверенно.
— Не беспокойся, она растет просто с сумасшедшей скоростью, просто она так же быстро удаляется от нас, вот такой эффект и получается. А так черная дыра тянет ее с невероятной скоростью и… и значит пришло время прощаться.
— Прощай Шкип, приятно было познакомиться.
— Прощай Бро, и мне.
— Пять.
— Четыре.
— Три.
— Два.
— Один.
Белая дыра антиматерии сравнявшись по размерам со сверхмассивной черной дырой на краткий миг зависла рядом с ней, а затем они стали быстро высасывать плоть друг из друга на пару секунд образовав в космосе древний знак Инь и Янь. А потом их руки коснулись друг друга.
Вспышка!
Глава 22
Вспышка!
Я отвернул голову отгораживаясь рукой от ярчайшего света, ударившего мне в глаза.
— Клиф, придурок, убавь освещение, ты его ослепишь сейчас!
Мимо пронеслась Лапочка, и я с удовольствием проследил за ее возмущенно подрагивающими ягодицами, затянутыми в нечто прозрачное и воздушное, затем опять переключился на декольте Джессики, склонившейся надо мной с кисточкой гримера и палитрой разнообразных средств, которые должны были предать мне более суровый и усталый вид. Декольте было таким глубоким, а Джесс склонялась надо мной столь старательно, что платье не скрывало вообще ничего, невольно выводя меня из нужного образа.
— Броневой, хорош лыбиться, ты должен быть угрюмым и печальным, — пробурчала она, одной рукой нанося мне на скулы густые тени, а второй кладя мою ладонь на внутреннюю часть своего бедра, едва прикрытого озорной мини юбочкой, — пошли лучше к тебе в кабинет, пока наша стерва съемочной группой занята, я тебе свое новое белье покажу.
— Так на тебе же его нет, — чуть проведя ладонью вверх по ее ножке, удивился я.
— Вот и я о том же, тормоз.
— Так! — К нам подскочила вездесущая Лапочка, — Джессика Рэббит, сдвинь ноги, а то кролика своего заморозишь, и отвали от него уже, а ты, Броневой, убери от нее свои грабли, а то вечером сильно об этом пожалеешь.
— Напиши мне, — подмигнула мне довольно улыбающаяся Джессика, еще раз демонстрируя вываливающуюся из декольте грудь.
— Непременно, — соврал я.
А может и не соврал. Каждый раз попадая к Амазонкам у меня голова кругом идет от количества и качества едва прикрытой плоти.
— Вон! Я сказала.
Джессика уцокала куда-то за ширму, а я поднял невинные глазки на злобно сопящую Лапу.
— Ты совсем охренел, Броневой? Мы с тобой, как бы в разрыве, а ты тут припираешься, съемочную группу требуешь, на девок пялишься, руки свои грязные под юбку им запускаешь!