Потолок частично обвалился, часть пауков ещё была жива, но завалена камнями, и угрозы они не представляли. Матка, как я и надеялся, погибла, забрав с собой почти всё своё потомство.

Аккуратно заглянув внутрь и убедившись, что небеса больше не планируют обрушаться, я пошёл вперёд, чтобы осмотреться. Всё-таки, интересно мне было, что я могу тут найти. Не зря же это место здесь появилось?

По пути, я добивал подранков, до конца уничтожая свой меч. Он и так выглядел уже нелепо, словно по нему танком проехались и не раз. Мне было жалко его, но выкинуть его, не сломав, я не мог.

Когда последний подранок испустил свой дух, я ощутил приятное тепло, вливающееся в моё тело. В этот же момент, я почувствовал, как рядом с моим сосудом душ, появился ещё один, который частично наполнился дополнительной энергией.

Первый удивлённо присвистнул и одобряюще произнёс:

— Неплохо! Впервые вижу второй сосуд, это откуда он?

— Похоже, энергия этого места в меня перетекла, — предположил, а сам пошёл дальше. — Частично.

— Если так, то я даже не против встретить ещё парочку подобных мест!

— Дурак? Ты же сам видел, что твари наружу иногда выбираются. Как думаешь, какая судьба будет ждать жителей ближайших деревень, если ещё порталы появятся?

Первый промолчал, поняв, что сморозил глупость. По сути, нам повезло, что монстры здесь такими простыми оказались. Будь это место логовом кого-то посерьёзней, у нас могли бы возникнуть серьёзные проблемы.

Пробираясь вперёд, я уже чувствовал, что опасностей никаких нет и враги все погибли. Я не ощущал ничьих аур и что-то подсказывало мне, что теперь я могу без проблем покинуть это место. Вот только жажда наживы меня не покидала.

Добравшись до того места, где когда-то сидела матка, я увидел одинокое красно-чёрное яйцо, удобно спрятавшееся меж камней и чудом выжившее под завалом. Оно было размером где-то с голову человека. Сняв булыжник, который мешал мне к нему подобраться, я поймал за хвост мысль, которая не давала мне покоя.

— Первый, кажется, скоро мы с тобой станем родителями! — прозвучало двояко и у Первого сбилось дыхание.

— Чего?! — он не выдержал. — Слышь, малой, я на такое не подписывался. Ты что удумал?

Подхватив яйцо на руки, я ощутил исходящее от него приятное тепло и улыбнулся. Тяжёлым оно не было, но в нём таилась жизнь.

— Сам не знаю, но чувствую, что забрать его с собой — необходимо! Не зря ведь оно единственное выжило!

Горько вздохнув, Первый снова заматерился, но противиться не стал. Я же, аккуратно прижав яйцо подмышкой, пошёл к выходу, широко улыбаясь и радуясь своей очередной победе. И главное, какой! Больше взрывов Богу взрывов! Ха-ха!

Мария ждала Давида рядом с этой странной штуковиной, не зная, правильно ли она поступает. Ведь вполне возможно, он уже погиб и больше не вернётся. Но чувства, которые проснулись в ней к этому странному человеку, перебороли страх и заставили остаться.

Спустя двадцать минут портал вдруг замигал. Девушка испугалась, посчитав, что сейчас вот-вот выскочит ещё одна волна монстров, и Давид всё-таки погиб, но ничего не произошло. Ещё спустя десять минут из портала вывалился ругающийся, но радостный Давид с какой-то странной штуковиной в руках.

Он был весь в пыли, часть его одежды была порвана, а меч окончательно пришёл в негодность, выглядя так, словно его несколько раз пропустили через мясорубку. Заметив девушку, Княжич широко улыбнулся, подошёл и хлопнул её по спине, а после вручил ей странное яйцо и наказал охранять как зеницу ока.

На все её вопросы, вопли возмущения и упрёки, что пошёл туда один, он лишь отмахивался.

— Машенька, вот какая разница, что это за штуковина? — он бесцеремонно пошёл к машине, насвистывая себе под нос затейливую мелодию. — Было и было! Главное, что всё хорошо закончилось, верно?

— Оттуда ведь монстры прут! Я пыталась сообщить об этом в полицию, но меня послали!

— Ну и Бог с ними, нам больше достанется! Ой, то есть, не парься! Больше не попрут! — Давид повернулся в пол оборота и оскалился. — Все сдохли, скажи спасибо папочке! Ха-ха!

Мария вдруг остановилась, поняв, что почти вся задняя часть штанов Давида сгорела, и теперь он щеголял с голой задницей. Очень, кстати, подтянутой заднице, подумала Мария. Говорить ему об этом она не стала, наслаждаясь видом и с тревогой поглядывая на яйцо.