— Пытать будем, — хищно оскалился Млый. — Сейчас он нам все расскажет.

— Вот это дело, — оживился часовой. — А то няньчайся с ним, а килоты все прут изо всех дыр. Эх, если бы не пост, и я пошел с вами. У меня давно руки чешутся. Сколько можно мириться с этой нечистью…

Винтовая лестница вела, казалось, в тупик. Маленькая площадка и всего одна дверь внизу с небольшим смотровым окошком. Прежде чем отодвинуть засов, Поспелов заглянул в него, потом рукой показал, чтобы Млый подошел ближе. Сначала Млый не увидел ничего. Где-то в углу на полу камеры едва тлел маленький масляный фитилек, освещая вокруг себя пятачок около метра. Небольшая бетонная комната казалось пустой. И тут же Млый словно получил удар в лицо. По крайней мере он ощутил достаточно сильную физическую боль, и где-то возле переносицы, гулко отдаваясь в мозгу, забилась жилка.

— Не балуй! — крикнул Поспелов, но голос прозвучал робко. — Мы пришли поговорить.

— Ну-ну, — раздалось в ответ вместе с осторожным звяканьем цепей. Гости, значит.

— Сейчас мы войдем, — предупредил профессор, — так, пожалуйста, без глупостей,

Млый безотчетно сжимал в руке нож. Поспелов остановился возле двери и попридержал за рукав Млыя, но тот и сам не собирался идти дальше.

— О чем будет разговор? — в углу опять послышалось звяканье цепей и зашевелилась человеческая фигура.

Привыкнув к слабому освещению, Млый увидел мужчину высокого роста, худощавого и неплохо сложенного. Позже из темноты выступили правильные черты лица с утопленными глубоко под надбровья глазами. Как и при первой встрече с Отшельником на улице, поймать взгляд не удалось. Млый смотрел словно в провалы черной полумаски.

— Вы бы меня отпустили, — спокойно сказал Отшельник. — Если Бруно не понимает, что толку от меня здесь никакого, то, может, Язычник во всем разберется лучше.

— Затем и пришел, — теперь Млый хорошо видел, что цепь с браслетами для рук и ног прикована к стене и очень коротка. Отшельник едва мог двигаться.

— Все равно вам с нами не справиться. Еще месяц и килоты дожмут вас и под землей. А может, обойдемся и без килотов. Лучше бы вам заключить мир.

— И перейти под ваше начальство, — хмыкнул профессор. — Вы нас будете жрать, а мы будем вам прислуживать.

— Я уже говорил, что это очень примитивное толкование возможного союза, — Отшельник сделал слабое движение, цепь натянулась. — Язычник, обратился он к Млыю. — Я хочу поговорить с тобой наедине, пусть профессор уйдет.

— Это еще зачем? — подозрительно возразил Поспелов. — Мы так не договаривались.

— Подожди за дверью, — попросил Млый. — В конце концов, чем мы рискуем.

— Ты еще не знаешь, с кем имеешь дело, — профессор нерешительно переминался с ноги на ногу. — Хорошо, десять минут, — согласился он, поймав выразительный взгляд Млыя.

— Он будет подслушивать, — сказал Отшельник, едва профессор прикрыл за собой дверь. — Но это нам не помешает. Ты можешь настроиться на ментальную связь?

— Да, — мысленно ответил Млый.

— Я слышу тебя отчетливо. У тебя сильное поле. Ты хотел поговорить со мной, так спрашивай.

— Кто вы?

— Ничего себе, начало. Почему ты не спрашивал об этом же у Рода?

— Вы не такие, как он.

— Кажущиеся различия. Мы можем столько же, если не больше. Естественная эволюция на новой ступени. Отличная приспосабливаемость в существующих условиях. Да, Отшельниками могут стать далеко не все, но зато, став ими, обретают подлинную свободу.

— Свободу от чего?

— В том числе и свободу от себе подобных. Нам совсем не нужна даже общность друг с другом. Просто мы сейчас объединили усилия, чтобы взять ситуацию под полный контроль. Тебе ведь, в сущности, также не нужна эта компания уродов.

— То есть как? — опешил Млый. — Вы ведь называете себя людьми.

— Людьми новой формации, не зависящими от внешней среды обитания. Нам не нужны города, не нужны деревни. Нам не нужны механизмы, мы прекрасно обходимся без них.

— Но в одном-то вы точно нуждаетесь — в человеческой крови!

— Да, есть такая зависимость, — спокойно признался Отшельник. — Не только в крови, а, если можно так выразиться, в субстанции души. Перекачка энергии напрямую. Но это не слишком большая плата за свободу от материального мира.

— И чего же вы добиваетесь?

— Понимания. Понимания остальными людьми, что только мы можем спасти этот мир и продолжить развитие цивилизации. Людям придется смириться с нашим присутствуем. Мы организуем мир так, что каждому найдется в нем место. Мы же будем только контролировать ситуацию. Не это ли самое делает в степи Род?

— И не сравнивай. Он дает шанс людям выжить. Он воспитывает их своим примером. И никого не убивает.

— Мы можем договориться. Определить границы влияния. Отдать часть Других в его владение.