Не смотря на ужасный запах, она ухаживала за стариком с открытым шлемом. Ей казалось, что если Назир будет видеть рядом знакомое лицо, то ему будет проще пережить день.

Медея периодически трогала рукой его лоб, проверяя, как обстоят дела с температурой. К ее удивлению, морщинистая кожа понемногу охлаждалась. Старик почти перестал дрожать, успокаиваясь. Девушка точно не была уверена, сколько прошло времени, когда Назир смог начать более менее внятно говорить.

– Посиди, хватит бегать – проворчал он.

Морщинистая рука дрогнула, но от кровати не оторвалась. Медея положила свою ладонь сверху, предотвращая дальнейшие попытки старика двигаться.

– Отдыхай, дед. Тебе нужны силы, чтобы сделать мне украшение. Я много денег заработала, смогу несколько штук купить.

В желтых глазах старика промелькнуло недоверие.

– Прям много? – уточнил он, хрипя – я бы мог убежище улучшить на них.

Медея активно закивала подтверждая свою ложь. У нее не было ни монеты.

– Ох, Лиса, Лиса – запричитал тихо Назир, прикрывая глаза – врать то ты совсем не умеешь. Я ж нищих носом чую.

Девушка сидела на полу возле постели, где лежал больной. Не моргая она смотрела на его усталое лицо, пытаясь понять стало ли ему лучше. Старик поморщился, не разлепляя глаз, спросил:

– А Пес то где? Хочу с ним проститься.

– Не смей тут умирать, старик! Он тебя не для этого нес столько часов до дома – воскликнула Медея.

В душе у нее поднималась обреченная чернота.

– Знаешь, перед смертью умирающим всегда лучше становится. Это для того, чтобы проститься успели – Назир неглубоко вдохнул – вот и мне, чего то слишком хорошо стало.

Медея запрокинула голову. Глядя на потолок, она старалась не дать слезам покатиться по щекам.

– Скажи Псу спасибо, что домой принес. Я не хотел там умирать. Еще и один. Народу вокруг много, а все равно один. А у себя дома хорошо – Назир резко распахнул глаза, Медея уставилась на него вопросительно - ты с ним не играйся только. Он вон какую бойню ради жалкого старика устроил. Представь, что ради любимой сделает?

Девушка собиралась возмутиться, но на морщинистом лице отражались искренние переживаний за Пса, и Медея не смогла возразить. Она кивнула, тихо всхлипнув.

– Дом мой ваш теперь.

– Глупый старик, совсем бредить начал – прерывисто пробурчала девушка – Пса дом.

На эти слова Назир не ответил. Медея прикоснулась к острому плечу. Старик не шевелился. Его грудь не вздымалась, закрытые глаза не двигались под тонкими полупрозрачными веками.

В комнате висело безмолвие. Медея не могла перестать смотреть на безжизненное лицо. Дрожащей рукой она с трудом натянула перчатку. Рядом с неподвижным Назиром лежал ее мокрый плащ.

Медея забрала накидку и двинулась к выходу из убежища. Идти было тяжело, но она смогла оказаться на улице. Ночная прохлада ударила ей в лицо. Девушка поняла, что не закрыла шлем, только когда начала задыхаться.

Нажав на кнопку закрытия, она делала глубокие вдохи, наполняя организм необходимым количеством кислорода. Ухаживая за Назиром, Медея не заметила, как пролетело время. Небо вновь покрытое звездами говорило ей, что она везде опоздала.

«Какой сегодня день недели? Первый или второй?» крутилось в ее голове, пока девушка бессмысленно пялилась в темноту. Ноги ее не хотели двигаться, поэтому она отошла от убежища всего на пару метров и бессильно опустилась на песок. Ночь прошла. На рассвете Медея увидела знакомый силуэт, приближающийся к скале, возле которой она сидела.

Увидев ее здоровяк замедлился. Торопиться больше было некуда. Оказавшись рядом с Лисой, что обнимала ноги, он опустился на колени на землю.

– Не успел? – спросил Пес, уставившись на нее.

Медея кивнула. Для нее в одиночестве время тянулось бесконечно долго. Она и представить не могла, что творилось на душе у здоровяка, потратившего почти сутки на поиск лекарств, вместо того, чтобы спокойно попрощаться с Назиром.

Пес сидел неподвижно, опустив голову. Медея придвинулась ближе и уткнулась шлемом в широкую грудь. Слезы побежали из ее глаз. Она долго их сдерживала, чтобы при встрече со здоровяком передать ему последние слова старика.

Говорить у нее не получалось. Медея вздрагивала от подкатывающих рыданий. На спину ей легли тяжелые руки.

– Спасибо, что не ушла – донеслось тихое шипение с маски Пса, опустившего голову ей на плечо.

Они сидели неподвижно на песке. Оба не имея сил встать. Солнце медленно поднималось, а слезы девушки высыхали, оставляя на стекле соленые разводы. Медея чувствовала себя раздавленной. Постоянно встречаясь со смертью, она вновь оказалась не готова увидеть ее так близко.

Шмыгнув носом, девушка отстранилась от молчаливого Пса.