— Леночка, хорошая моя. Ты же в бою не участвовала в последнее время. Так ведь?

— Нет, не участвовала. Сань, причём здесь бой?

— Ну вот, значит контузию ты получить не могла. Пуля тебе в голову точно не залетала и палашом тебе по голове не стучали.

— Сань!..

— Что, Сань? Ты с ума сошла? Косметику она с мылом делает. Кальвадос!!! Какой на хрен кальвадос? Мне взрывчатка нужна. Понимаешь? На нас османы могут двинуться. Имперцы захотят реванш. И я в этом даже не сомневаюсь. Поляки с литвинами. Они сейчас создают свою Речь Посполиту. Ещё немного и всё, процесс объединения закончат. Нас с юга крымчаки, казанцы и ногаи поджимают, а она косметику тут делает, с кальвадосом. Господи, мне проще застрелится.

— Чего сразу нервничать то?!

— А что мне делать? Ты тротила сколько сделала?

— Нууу…

— Что ну?

— На двадцать твоих бомб.

— И всё?

— Мне не разорваться же!

— А ты не разрывайся, Лена. Ты занимайся исключительно взрывчаткой.

— Знаешь, Сань, ты меня эксплуатируешь, как рабыню. А я, между прочим, царевна!

— Я тебя сейчас, царевна, чем-нибудь по заднице. Царевна она! — Последнее закричала Ленке вдогонку, так как она выскочила из бани в одной простыне. Вышла за ней. — Вернись назад. Куда поскакала с голым задом?

— Я не с голым!

— В баню зашла. Быстро.

— Ты драться будешь.

— Не буду. Заходи. — Отступила от двери и вернулась на лавку. За мной просочилась Ленка. Села напротив меня и насупилась. — Лена, завязывай с косметикой, мылом и кальвадосом. Полностью переключайся на взрывчатку. Думай, как можно улучшить эффективность наших гранат и бомб. Это для тебя задача номер один. Я прошу тебя.

— Хорошо.

— Лен, кальвадос потом делать будешь.

— Я, между прочим, несколько опытов с одуванчиками провела, чтобы получить каучук.

— А вот это дело. Вот за это тебе огромное спасибо. Ну и как, нашла нужный одуванчик?

— А чего его искать? Это обыкновенный русский одуванчик.

— Не поняла? Простой одуванчик? Не какой-то особый?

— Нет. Сань, достаточно знать историю вопроса. Ещё в Советском Союзе искали заменитель сока гевеи. И нашли в начале 30-х годов. Им стал наш русский одуванчик. До 1941 года, то есть до начала войны треть всех потребностей страны в каучуке закрывали именно за счёт одуванчика. Вот так. Мало того, каучук, полученный из наших одуванчиков, по некоторым критериям и показателям, даже превосходит каучук гевеи.

— А технология получения каучука?

— Не такая уж и сложная. Корни одуванчиков измельчаются, а потом смешиваются с водой. Правда всё это делается при высоких температурах. Короче, в кипятке. Потом берёшь деревянную лопатку окунаешь в это варево и начинаешь сушить на открытом огне. Вода испаряется, на деревяной лопатке остаётся плёнка каучука. После чего процесс повторяешь. И так раз за разом, пока на деревяной лопатке не получится ком каучука, килограмм на пять. Его аккуратно срезаешь и вуаля! Готовый каучук. Это-то как раз не сложно. Сложность заключается в дальнейшей переработке этого сырья, получения из него резины, тем более тонкой, медицинской резины для катетеров, перчаток и так далее. У меня сейчас есть порядка шести с небольшим килограмм каучука. Вообще много с наших плантаций не насобираешь. Примерно 100 килограмм с гектара.

— Лен. Мне каучук в промышленных масштабах не надо. Мне этого будет достаточно. А потом решим.

— Ладно, Сань, с резиной я разберусь. Там, тем более, Маркус что-то химичит. Знаешь, а он настоящий химический маньяк. Иногда такие пёрлы выдаёт. Тут как-то радостно мне сообщает, что практически решил загадку с философским камнем.

— Каким камнем? Он идиот? Я же ему объяснила, что никакого философского камне нет.

— Ну да. Только он не поверил, как оказалось. Истратил, сволочь такая серебряную амальгаму. Я чуть на диарею не изошлась. Пришлось брать палку и гонять его по двору. Отказала ему на неделю в питие алкогольной продукции. Он местную сивуху уже пить не может, отвык. А вино ему на фиг не надо, пристрастился к высокоградусному. Алкаш. Но дело своё знает. Просил прощения и клялся, что больше ни в жизнь. — Ленка немного помолчала, потом спросила. — Сань, но всё же. Раз тебе дали генерала, то и форма у тебя должна быть. Ты погоны будешь вешать?

— Обязательно. Насчёт формы ты права. Я уже подумала.

— И что, в штанах будешь?

— Не совсем.

— Но не в юбке же до колен? Не поймут.

— Не совсем в юбке до колен, но близко к этому. — Я усмехнулась.

— Поясни. Я тебя не понимаю.

— Вот смотри, сейчас в чём я хожу?

— Рубашка нательная, ещё одна, потом чоба твоя, шаровары, сапоги. Ну и платок с кубанкой, либо сеточка на волосы с диадемой.

— Правильно. Главное это чоба. Она чуть ниже колен, с небольшими разрезами по краям с орнаментом. Вот она и будет заменять мне и китель, и юбку. Застёгиваться будет как китель, с двумя рядами пуговиц. Цвет красный, как и форма кадетов. Шаровары, сапоги. На голове платок и сверху кивер. Вот на чобу, на плечах и закреплю погоны.

— А какие будут погоны? Как у гусар с бахромой?

— Зачем с бахромой?

— Да я в каком-то историческом фильме видела. Погоны с бахромой.

— Это не бахрома, это валики. — Я засмеялась.

— Не, Сань, ну а что? Зато красиво.

— Ага, ещё стразы на погоны и вообще красота… Лен, не будет никакой бахромы, валиков и прочей ереси. Будут погоны российского образца. Единственно на генеральских погонах, начиная с генерал-майора, кроме генеральской звезды, будет и двуглавый орёл. Не большой, в круге. Звания будут такими же — генерал-майор, генерал-лейтенант, генерал-полковник и генерал армии. У генерала армии будет одна большая, практически маршальская звезда и небольшой двуглавый орёл в круге.