На третий раз у него сами закатились глаза.

Сердце на замок закрылося,

Душа в первый раз затомилася:

Лег Ахламон и заплакал...

Лежит царь-Ахламон сильно плачет, а к нему из озера Зазноба Прекрасная выходит: сама она синеокая,

Грудь у Зазнобы высокая,

Щеки - как яблочки, очи - как белый свет, уста - словно ела малину,

А одета она в ряднину,

Только на Ахламона строго глядит...

– Здравствуй,- она ему говорит,- жестокий царь Ахламон Ахламонович... Зачем ты моих золотых лошадей угнал-погубил?

Зачем ты - говорит,- женьчужный бор срубил?

Не на чем мне теперь, Зазнобе, покататься,

Негде мне теперь, Прекрасной, прогуляться!..

– Жениться, - говорит ей Ахламон, - на тебе хотел...

– Ах ты, Ахламон, Ахламон... Разве,- отвечает Зазноба,- так добрые люди женятся, разве так хорошие люди сватают?..

– А как же,- говорит Ахламон,- с вашим братом поступать иначе можно... Я - дескать,- десять цацаревен,

Десять королевен,

Полонил,

Каждой полцарства сулил,

Ни одна вида моего не выносит,

Одной смерти просит.

– Ах, Ахламон, Ахламон,- говорит Зазноба,- разнесчастный ты,- говорит, человек!..

Стоит около него и сокрушается.

А близь подойти не решается...

Я,- говорит Ахламон,- совсем этого даже не думаю: всего у меня,говорит,- много,

Держу я народ строго,

В ежевых рукавицах:

У меня что баба, что девица,

Что барин, что мужик,

Никто на боку не лежит...

Вот не могу,- говорит,- надивиться,

Гляжу, как у тебя живут?..

– У меня,- говорит Зазноба,- живут,

За обе щеки жуют,

Чужого никто не желает, своего ничего никто не имеет. Власти

Да страсти

Никакой,

Оттого счастье

И покой.

У меня уж, говорит Зазноба,- порядок такой...

– Вот как, - удивляется Ахламон,- а у меня одни воры,

Нельзя и спать без запора, А то и тебя украдут, Вот и живи тут!

Нет, отвечает Зазноба, у меня не так. У меня вот как: живут ни бедно, ни богато, У каждого хата, В каждой хате баба брюхата, А возле бабы играют ребята...

– Ну это дело,- говорит ей Ахламон - пято. У меня у самого есть человечий завод... А вот как у тебя насчет работ?...

– Работают - говорит Зазноба,- у меня в день

Две секунды,

На разную дребедень,

Да разные хунды-мунды...

Сидят за столом две минутки,

А спят круглые сутки...

– Утки!
– не верит ей Ахламон - утки...

– Законы у меня - шутки...

Устав у меня - прибаутки...

Во сне мужик богаче,

А купец тем паче.

Во сне девушки краше,

Сон - богатство наше.

Во сне злой добрее,

Потому все поедят, поработают да и спать скорее...

– Ну,- говорит ей Ахламон,- это ты напрасно: из сонного человека малина не вырастет, калина не выцветет...

– От работы,- Зазноба ему отвечает,- волы дохнут.

От заботы люди сохнут,

От сна люди веселее,

Работа у веселого складнее...

Разнесчастный ты человек,- говорит,- как я погляжу...

– Ну,- говорит Ахламон,- скажи, что бы мне такое сделать, что бы мне такое совершить,

Чтобы счастие свое найтить...

– Указала бы я тебе,- говорит Зазноба,- дорогу,

Да больно у тебя всего много,

Не пойдешь, пожалуй... Ну, да ладно, слушай: выбирай самое трудное, поднимай самое тяжелое... Брось-ка ты золото в море,

От золота не радость, а горе.

Разбросай-ка ты камни дороги во темном лесу,

Добрые люди пройдут, примут за росу,

Разбойник же, если захочет, так и из-под замка украдет...

Раздай-ка ты нищим одежды парчёвые,

А себе из дерюги сшей новую.

Дворец свой пастуху подари, а сам суму на плечи натяни, возьми у пастуха палку,

Иди куда полетит галка,

А сам пути не спрашивай, а коль спросит кто, палкой на галку показывай: и пояс поклонись при встрече, в землю лбом ударь при разлуке, а речи иной окромя "подайте Христа ради" да "спаси Христос" тридцать три года не говори. Да и то говори не громко, а говори под самый нос:

"Спаси Христос"!..

А то чертей распугашь... Знай себе собирай