В первую очередь следовало экономить силы. Заклинанию понадобится эталонный образец, в котором оно будет поддерживать тело. Если образец получится плохим, то носителя чар ожидает вечное хреновое самочувствие. Этого ему хотелось избежать. Поэтому он остановился и сел в позу лотоса возле большой каменной кучи. Маг погрузился в глубокую медитацию с замедлением всех процессов жизнедеятельности до минимального значения. Он почти впал в анабиоз.

Двумя потоками сознания под разгоном в чертогах разума он моделировал чары. В таком положении он просидел сутки, после чего обнаружил почти полный резерв маны. Её он почти всю спустил на еду и воду, после чего снова погрузился в транс.

Так он повторял семь раз, то есть провёл за такими занятиями целую неделю. За это время в округе не появилось ни одного живого существа, ни разу не пошёл дождь, а магические потоки продолжали лютовать. Зато Жан-Поль ощущал себя полным сил и энергии, сытым, напитым и довольным как человек, который нашёл чемодан денег. Заклинание было готово, оставалось лишь нанести на кожу рисунок.

Землянин принялся собирать с земли маленькие камешки, которых тут было видимо-невидимо. Когда горка изрядно подросла, он засунул в рот камешек и активировал круг преобразования материи. После того, как круг отработал, он вытащил изо рта десяток каменных иголок и принялся отплёвываться. Так повторялось много раз. Под конец у него не осталось слюны. Пришлось создавать во рту воду, чтобы прополоскать его от мелкого каменного крошева. В процессе изготовления игл он не один десяток раз уколол язык и нёбо.

Затем он собрал все артефакты и с помощью дурной физической силы повыламывал из них накопители. В результате у него образовалась горсть колец, цепочка и пяток кулонов из сверхпрочной стали нитинола — сплава никеля и титана. В отличие от прочих магов, которые отдавали предпочтение красоте и дороговизне, он делал упор на прочность и практичность. А когда нет разницы, что обрабатывать заклинанием: золото или никель с титаном, то начинаешь делать из того, что практичней.

Все металлические поделки отправились в рот, а через некоторое время оттуда был извлечён небольшой складной нож.

С помощью ножа и какой-то там матери Жан-Поль начал выковыривать ямки под иглы на максимально ровной площадке, найденной им. В эти выемки, скорее щели, вставлялись иглы таким образом, что образовался загадочный узор.

Пока Жан-Поль занимался этим, светило скрылось за горизонтом и наступила непроглядная ночь. Он использовал почти всю ману на создание еды и воды, после чего погрузился в транс.

Утром для землянина начался новый виток борьбы за жизнь. Теперь ему требовалось создать чернила. Но прежде чем это делать, он нашёл камень и пальцами раскрошил его таким образом, что получилось подобие чаши.

Самым противным стало изготовление туши. Её не пришлось материализовать, достаточно было преобразить всё те же камни. Но после этого Жан-Поль долго плевался и перевёл всю ману на создание воды. В результате ему пришлось делать паузу для суточной медитации, во время которой он ещё раз всё обдумал.

Лишь на следующий день он приступил к главному делу, к которому готовился — нанесению татуировки с помощью иголок.

На иглы той жуткой конструкции, которую он создал на земле, была нанесена тушь, после чего Жан-Поль аккуратно лёг на импровизированную лежанку для йогов. После этого он сел, избавился от застрявших в спине иголок и продолжил набивать татуировку с помощью одной иглы. Это было долго, нудно и неприятно, но он долбил иглой со скоростью автомата. Два потока сознания позволяли точно контролировать процесс и позиционирование иглы.

К наступлению темноты всё его тело с головы до пяток покрылось чёрными спиральными рисунками. Но активировать заклинание он не стал, хоть и хотелось. Это дело он отложил на два дня, в течение которых восполнял недостаток воды и питательных веществ.

Лишь на третий день он активировал чары. На краткий миг весь рисунок на его теле вспыхнул оранжевыми хаотическими всполохами и погас. После этого Жан-Поль с удовлетворением отметил, что на краю сознания повисли три активатора. Первый включал лёгкий режим выживания — восполнял в организме недостаток влаги и питательных веществ. Второй режим предназначался для более суровых условий — там переработка внутренних ресурсов выходила на более качественный уровень. Не нужно ходить в туалет — со всем справятся чары. Третий режим можно назвать тяжёлым уровнем сложности. После его активации становится ненужно дыхание, поскольку кислород синтезируется в организме. Это на случай, если маг внезапно окажется под водой, на безжизненной планете без атмосферы или в космосе.

С замиранием сердца Жан-Поль активировал первый режим. Он почувствовал покалывание по всему телу, а после этого ничего. Казалось, будто ничего не происходит. Но ведь голод проявляет себя не сразу.

Он направился дальше в том же направлении. К полудню он не почувствовал ни жажды, ни слабости. К вечеру тоже. При этом мана уменьшилась всего лишь на пятую часть. За время сна на холодном и жёстком каменном грунте недостаток маны был восполнен.

Дальнейший путь француз проделывал в приподнятом настроении. Его переполнял восторг. Теперь ему не грозила смерть от жажды и голода.

Хотя пустошь и казалась безопасной, но лёгкое чувство тревоги на краю сознания не давало Жан-Полю расслабиться. То, что он лишился возможности использовать магию и артефакты, которые он к тому же пустил на металлолом, лишь усиливало у него желание обзавестись оружием.

Перочинный раскладной нож из отличной стали за оружие вряд ли можно считать. Это удобный бытовой инструмент, но не более того.

В пути он размышлял над тем, как, из чего и какое оружие можно сделать? Это была непростая задача, ведь мало найти нужный минерал, он ещё не должен быть противным на вкус. Понятно же, что его придётся класть в рот. Соответственно, запихивать туда глину для получения алюминия как минимум неприятно. К тому же, её ещё нужно найти.