Одни пытались помочь сбитым с ног товарищам, другие просто старались выжить.

— Не может быть, чтобы это был Нимт, Черный Конь! Нимт потерян, закрыт от всего!

— Не очень-то закрыт. Сумрак постоянно имел с ним связь. Я говорю тебе, что Нимт… или какое-то его самое малое проявление.

— Но как?

— Это я не могу…

Какой-то ночной кошмар, дикая смесь из растений, животных, минералов возникла из пустого пространства. Без всякого предупреждения оно напало на волшебника до того, как приняло какой-то законченный вид. У него были сотни тоненьких, как виноградные лозы, ног; сотни рук, напоминающих лапы рептилий, которые заканчивались когтями, очень похожими на когти краба, и овальное тело, которое выглядело просто, как кусок гранита. В центре всего этого проглядывало то, что на первый взгляд казалось неким подобием грубого человеческого лица, но нефритовые глаза, уставившиеся на волшебника голодным взглядом, и огромная открывающаяся и закрывающаяся пасть, обнажающая ряд за рядом острые зубы, выглядели достаточно внушительно. Оно двигалось с невероятной скоростью, к тому же каждая нитеобразная ножка вносила свой вклад в движение. Постоянно перемещаясь с места на место, она разбрызгивала вокруг себя зеленоватую жижу. Кейб со страхом заметил, что след, остающийся за движущимся монстром, прожигает твердую почву. Без сомнения, эта конструкция была порождением волшебства, потому что ни одно существо просто не может таким родиться.

— Отойди в сторону, Кейб, — потребовал Темный Конь, вставая стеной между другом и монстром. — Я сам разберусь с этой мерзкой тварью.

Волшебник отступил в сторону, но совсем не для того, чтобы быть в безопасности. И хотя отговаривать Темного Коня от попытки защитить его было бесполезно, он тоже был не из тех, кто наблюдает за битвой со стороны.

Отвратительное волшебное существо, приблизившись к Темному Коню, замедлило движение. Оно стало двигаться вбок, словно хотело обойти бессмертного с фланга. Темный Конь старался постоянно держать монстра в поле зрения, и поэтому Кейб невольно все время оказывался позади призрачного жеребца. Волшебник начал было двигаться влево, но и монстр переместился в другую сторону, и опять Кейб оказался стоящим позади своего соратника.

Два левиафана старались выбрать себе наиболее выгодную позицию. Кейб знал, что Темный Конь пытается оценить возможности монстра. Когда дело касалось чего бы то ни было, имеющего отношение к Нимту, демон-скакун был до крайности осторожен. У него была долгая череда горьких воспоминаний о вещах, порожденных этим несчастным королевством.

Волшебник еще раз попытался присоединиться к Темному Коню, и снова эта отвратительная сорвиголова начала двигаться, и опять Кейб оказался в той же позиции, с которой и начал. События развивались от плохого к еще более худшему: вдобавок к появлению монстра начал еще больше сгущаться туман. Теперь уже оба, и Темный Конь, и его противник, были наполовину укрыты от его глаз туманом, и это при том, что Кейб находился всего в двух-трех ярдах позади черного жеребца. Если они будут биться вслепую, то результат предугадать будет невозможно. Темный Конь не был неуязвим, а у Кейба шансов было еще меньше.

Но тем не менее отвратительный туман продолжал густеть… нет, пожалуй, на данный момент больше подходило слово затвердевать. Монстр, это порождение волшебства, обрел теперь более или менее определенную форму. Не желая внезапно обнаружить себя и оказаться один на один с противником в тот момент, когда он тебя видит, а ты его — нет, Кейб решил рискнуть и подойти к Темному Коню сзади. Если он и не сможет встать рядом с призрачным жеребцом, то по крайней мере будет достаточно близок к нему, чтобы не потерять его.

Однако только он сделал шаг вперед, как монстр тут же отступил на такое же расстояние. Не стоит и говорить, что Темный Конь следовал за своим противником. Как и Кейб, он не собирался терять его из виду. К несчастью, с каждым его шагом его очертания, казалось, стирались.

— Темный Конь… Темный Конь! Не ходи за ним! Подожди меня!

То ли Темный Конь решил проигнорировать его просьбу, что было мало вероятно, то ли он просто не расслышал слов волшебника, но тем не менее он не только ничего не ответил, а даже побежал рысью вперед, все дальше и дальше. Теперь Кейб не только не мог разобрать смутный силуэт волшебного монстра, он с большим трудом мог разобрать очертания массивного жеребца.

Забыв про свое достоинство, испуганный волшебник бешено закричал:

— Темный Конь! Это ловушка! Нас хотят разлучить! Вернись!

Он попробовал бежать, но в то время как он делал один шаг, его товарищ успевал сделать уже четыре. Мало-помалу Темный Конь превратился в тонкую, едва различимую тень в сыром тумане. Крики Кейба остались без внимания. Даже когда он попробовал послать вспышку волшебной энергии в направлении призрачного жеребца, магический огненный шар пролетел только полпути и на середине полета превратился в ничто.

Ноги Кейба в чем-то запутались, и он упал. Он несколько секунд катался по земле, стараясь распутать то, что поймало его в ловушку. Но что бы это ни было, оно исчезло так же быстро, как и появилось. Выругавшись именем лорда Дразери, он вскочил на ноги и сразу же бросил взгляд в ту сторону, где последний раз видел Темного Коня.

Ни Темного Коня, ни его противника не было видно. Кейб вообще ничего не видел, даже земли под ногами. — Темный Конь!

Он и не надеялся, что тот его услышит, поэтому, не получив ответа, нисколько не удивился. Практически он был здесь погребен так же надежно, как если бы он был зарыт на глубине нескольких миль под поверхностью Легара.

Как бы ни было опасно телепортироваться, находясь в этой магической трясине, Кейб знал, что ему все же придется рискнуть. Он должен вернуться к подножию холмов Исиди. Кейб очень надеялся, что и Темный Конь, как только обнаружит, что потерял своего друга, тоже направится туда. А там уж они решат, как быть дальше с Легаром.

Когда Кейб стал телепортироваться, он все делал взвешенно и осторожно, чтобы быть уверенным, что ошибки не произойдет. Заклинание, которое обычно требовало от него одной быстрой мысли, на этот раз превратилось в тщательно продуманную цепочку ментальных упражнений, от каждого из которых зависел успех предприятия. И хотя все это заняло столько времени, что он не успел и глазом моргнуть, для волшебника это была целая вечность.