Подъездная дверь отсутствовала. Юля остановилась в нескольких шагах от крыльца и внимательно прислушалась: ей очень не хотелось попасть в лапы какого-нибудь монстра или обычного хищного зверья. Правда, волки забредали на территорию поселения только зимой, да и в здания не совались, но мало ли — вдруг они сменили тактику.

Была, правда, ещё одна опасность. Но Рома и Даник ещё спали, когда она уходила. Да и добиралась девочка до подъезда кругами, больше часа. Не будут же парни караулить её столько времени и в таком нехорошем месте?

Мир потускнел. Юля подняла голову и увидела, что небо наконец-то заволокло белёсой дымкой, а сама туча уже гораздо ближе. Повеселев, девочка зашла в тёмный подъезд.

Все квартиры давно вскрыты и обысканы. И мертвецов нет. Взрослые очень боялись приманить к поселению падальщиков, которые в первые месяцы после Конца Света не давали житья, а также не хотели столкнуться с восстанием нежити, поэтому в первую же зиму новой реальности методично обыскали все здания и автомобили, и выбросили трупы в туман.

На площадке было три квартиры. Юлю интересовала левая. Там, в зале, оконная рама выпала ещё несколько лет назад, и дядя Лёва приставил к образовавшейся дыре лестницу, снаружи, естественно. Обходить дом кругом не рисковали — на углах безопасное расстояние до тумана уменьшалось с трёх метров до полутора, поэтому пользовались этим маршрутом.

Юля надеялась разглядеть силки из окна. Если в них никто не попался, вылезать наружу и приближаться к туману вообще не понадобится. Она перегнулась через крошащуюся, поросшую лишайником стену, вытянула шею и даже прищурилась.

И не успела ничего разглядеть. Её больно схватили за волосы, бесцеремонно дёрнули и потащили в соседнюю комнату.

Юля не сопротивлялась. Знала, что это совершенно бесполезно. Даник и Рома были старше на несколько лет и гораздо сильнее.

В первый раз они её поймали вдалеке от обжитой части поселения два года назад. Тогда она и плакала, и кричала, и вырваться пыталась, но только раззадорила их ещё больше. Парни пригрозили, что, если Юля пожалуется взрослым, они её выбросят в туман. Была ещё одна девочка в поселении, почти того же возраста. Но не сирота, в отличие от Юли, поэтому сыновья Елены Владимировны Карину не трогали.

С тех пор и повелось. Братья, улучив удобный момент, тащили её в укромный уголок и насиловали, она старалась строить свои маршруты так, чтобы удобных моментов и укромных уголков было как можно меньше.

Юля настолько наловчилась, что последний раз они смогли её поймать больше двух месяцев назад. Видимо, очень разозлились, раз сегодня устроили самую настоящую ловушку. Такое они провернули впервые.

Рома и Данила оставили её в покое только спустя час, когда гроза уже кончилась. Никто не произнёс ни слова, Даник даже «по-джентельменски» подтолкнул ногой к грязному матрасу, на котором лежала расхристанная девочка, её одежду и безобразно грязную тряпку.

Лишь на выходе из комнаты бросили привычное: «Скажешь кому-нибудь, убьём и в туман выбросим». Оставшись одна, Юля наконец-то тихо и безнадёжно заплакала.

Искать силки, естественно, не стала. Здесь был лишь один силок, в этой комнате. Для неё. Как могла, вытерла истерзанную промежность, оделась и медленно пошла к выходу. Потом вспомнила о ведре, вернулась в большую комнату, собрала разбросанную зелень.

Снова появилась мысль, что нужно уходить. Появилась, но тут же трусливо сбежала. Девочка боялась парней, боялась того, что их мать узнает и обвинит, конечно же, девчонку, а не своих «добрых и умных» мальчиков, но лиловый туман ужасал её ещё больше. Как и те, кто в нём обитает.

Да и не представляла она, куда можно деваться. К тому же взрослые относились к ней вполне неплохо, даже сама глава поселения. И Карина тоже.

В другом месте, до которого ещё нужно добраться живой, может быть гораздо хуже.

Шум Юля услышала ещё на подходе. А его причину увидела, пробежав немного по улице и завернув за угол многоэтажки.

Над гипермаркетом, в котором их маленькая община жила, летало чудовище, похожее на гигантскую змею. Перепончатые крылья в размахе достигали метров двадцати, здоровенная голова размером со школьный автобус почти полностью состояла из клыкастой пасти и была увенчана острыми изогнутыми рогами, и неожиданно маленькие для такой туши четыре лапы почти смешно болтались в воздухе. Чешуя сверкала, хотя солнце всё ещё скрывалось за тучами.

Все были здесь. Люди бегали по автомобильной стоянке, заполненной ржавеющими машинами, змей пикировал, угрожающе клацал зубами, ревел и рычал. При любой попытке укрыться в магазине змея приземлялась перед входом и сворачивала тело в несколько колец. Дядя Лёва держал в руках помповое ружьё, но не стрелял и даже не целился. Что неудивительно, он не далее, как вчера, жаловался, что патроны почти совсем кончились.

Юля, пока её не заметили, присела за ближайшим к ней автомобилем. Теперь она была в относительной безопасности. Кто-то из женщин завизжал, чудовище снова взревело.