Они предложат ему Земли Мечты и Грифона. Ци и сами хотели бы заполучить Грифона, но еще сильней хотели свободы. Грифон однажды преодолел их силу — как раз перед тем, как едва не причинил Разрушителю уйму хлопот в человеческом городе Кво…

Никто не смеет произносить это имя, даже в мыслях! — Грозные слова сопровождались свирепым ревом, точно в темноте таился огромный дикий зверь.

Тело Д'Рэка снова обо что-то споткнулось; ци знали, что это — человеческие кости. Они развернулись и пошли туда, где ощущали присутствие другого существа. Нечто громадное приблизилось к ним, взгляд Д'Рэка на миг выхватил из тьмы пару глаз, налитых безумной злобой. Сами ци, конечно же, не видели ничего.

Ци, малютки ци, вы пришли просить милости у бога?

Из почтения к великой силе, явившейся им, ци решили воспользоваться человеческим голосом. Пусть тот, кто перед ними, видит, на что они идут ради него.

— Великий! — им с трудом удалось выговорить это слово. Недавно им казалось, что они в совершенстве овладели этим телом, но сейчас оно почему-то плохо повиновалось.

Ваша новая форма требует отдыха, малютки ци. Вы ведь вселились в человеческое тело — а люди должны спать.

— Великий, — продолжали ци, — мы приложили все силы… ци!.. чтобы показать тебе, на что мы годимся. Мы доказали свою хитрость. Мы доказали свое могущество. Мы доказали… ци!.. что тебе нужны только мы, только с нами ты достигнешь своих целей. Мы можем предложить тебе…

Земли Мечты и Грифона. Знаю, малютки ци. Мне ли не знать? Я ли не Разрушитель? Я ли не бог? В этой игре победителем буду я!

— Мы не знаем ни о какой игре, Великий, но… ци!.. если мы, — им вдруг стало ужасно не по себе, — если мы можем услужить тебе, то нам только этого… ци!.. и нужно. Взамен мы просим лишь одного…

Силы. Уж я-то вас знаю. Вы жаждете власти, малютки ци!

Такая проницательность привела их в необычайное возбуждение. Тело Д'Рэка заколыхалось — ци забыли, как с ним обращаться, но, сообразив, как они при этом выглядят, мгновенно заставили себя успокоиться:

— Да… ци!.. власти!

Так я покажу вам, что такое власть.

Что-то двигалось во тьме, и в первый момент ци с ужасом подумали, что сам Разрушитель направляется к ним. Отчасти они были правы. То, что появилось перед ними, имело человеческий облик — но в нем не было ни разума, ни жизни. Ци знали, что Разрушитель обожает трупы и время от времени пользуется ими. Ци не любили мертвецов, поскольку не обладали такими чудесными способностями, как волчий бог. Все, что они умели, — это подавлять разум живых и повергать его в Пустоту, о которой сами не имели понятия, — просто делали это, и все.

Тот, кто стоял перед ними, еще совсем недавно был живым. Его лицо почему-то казалось ци знакомым, но это не имело значения. Важно было другое: труп прижимал к груди какой-то предмет — большой, овальный, накрытый тканью. Он держал его, как существа из плоти и крови держат своих детенышей. Этот предмет излучал такую силу, что ци невольно захотели схватить его. Казалось, неживой раб сам предлагает им взять эту вещь. Ци оглянулись в ту сторону, где, как им казалось, ждал Разрушитель.

Откройте ее. Она словно создана для вас, малютки ци.

Они больше не могли сдерживаться. Дрожа от предвкушения, ци подняли правую руку и сорвали ткань с подарка.

Сила! Слишком много… ци!.. силы!

Охваченные ужасом, они больше не могли говорить голосом присвоенного ими тела.

Сила возвращается па свое законное место, малютки ци! Место, на которое вы посягнули! Вы и впрямь думали, что я стану иметь дело с отродьем Земель Мечты? Использовать вас, а затем уничтожить — вот и все, что мне было нужно!

Сила обрушилась на ци, затопила их. Они больше не могли управлять чужим телом, хуже того — не могли управлять собой. Их сущность начала распадаться: единый разум раскололся, образовав множество слабых, несвязных мыслей. В последней отчаянной попытке самая крупная часть туманного организма ци вырвалась из тела, оставив разрозненные осколки на произвол судьбы, и убралась из логова Разрушителя, шепча:

Обмануты… ци… Одурачены… Одурачены…

Тело старшего Хранителя пошатнулось, но устояло на ногах, рука осторожно ощупала лицо.

— Они ушли! Проклятые твари ушли! — из горла вырвался не крик, а шепот.

Ты снова владеешь своим телом. Помни, кто спас тебя.

Бледный как смерть, Д'Рэк рухнул на колени:

— Благодарю тебя, повелитель!

И я благодарю тебя — за хорошую службу.

Старший Хранитель посмотрел на предмет, которому был отчасти обязан своим спасением. Это была кристаллическая голова, которую создал он сам. Того, кто держал эту голову в руках, Д'Рэк тоже знал — неудачник по имени Р'Дейн. Но… но ведь Р'Дейна…

Р'Дейна спасли эти, из Земель Мечты, но у него хватило глупости вернуться сюда с Грифоном. Уродцу удалось сбежать, а Р'Дейн погиб, не справившись с твоей драгоценной игрушкой!

— Так вот почему… — Д'Рэк осекся, сообразив, что выдал себя.

Ну-ну, говори. Что ты собирался делать с этой вещицей?

— Я хотел… хотел жить вечно. Как Д'Шай. Я… я хотел стать бессмертным! — выпалил Д'Рэк; терять ему было уже нечего.

Значит, бессмертным? Как Д'Шай?

— Да, повелитель. — Неужели Разрушитель над ним глумится? Неужели он спас его от ци только ради того, чтобы самому расправиться с ним?.. Д'Рэк жил уже очень, очень долго — он родился, когда Кволард еще был столицей! Но все же время брало свое. У старшего Хранителя хватало могущества продлевать себе жизнь, но все же он был смертен — в отличие от Д'Шая. Он не хотел умирать — особенно сейчас, попробовав смерть на вкус!