— Понял, глэрд. Могу я себе взять латный доспех, он мне привычен? До сих пор чувствую себя без брони голым. Потребуется еще кольцо архимага, иначе он работать не будет.

— И не только его, говорю, вооружись.

Принял полную клятву на крови — минус еще один кусок, пусть будет, души. Затем выдал новоиспеченному десятнику амулет связи и Мары, защитный — «Кожу Титанов», пятьсот золотых в векселях на расходы, в том числе непредвиденные, еще пятьдесят — подъемных.

— Занимайся и будь на связи, как только снимешь дом, адрес сообщишь, — вместо прощания сказал я, — И пирата пригласи.

— Есть, глэрд! — удар кулака в грудь, разворот на месте и явно строевой шаг. Легион так просто не вытравливался. Ценное приобретение.

Клей Клай — чернявый невысокий крепыш, чем-то похожий на цыгана с Диких Территорий, бородатый и усатый, при чем их концы залихватски загнуты вверх на щеки. одет, как и остальные рабы. Он зашел развязанной походкой жулика опять же с моей родины на Земле, мигом оценил обстановку, подмигнул и, осклабившись, без разрешения развалился на стуле напротив, только ноги на стол не закинул. А взгляд, действительно, шалый, безумный, отмороженный. Его хозяин находился далеко от этой комнаты.

— Ты меня зв… — начал тот неправильно беседу.

Наказание и приведение в чувство с возвращением в реальность последовало незамедлительно. Секунд тридцать извивался капитан на полу, а затем я прекратил мучения мысленной командой. Тот поднялся, зло зыркнул. Встал, пусть не по стойке смирно, но нечто похожее изобразил.

— Все понятно, Клай? — спросил спокойно.

— Да, куда уж понятней, любимец Мары. У тебя не забалуешь, — и голос стал масляный-масляный. Дебильный.

— Что ты можешь предложить мне за свою свободу? Или предпочтешь, чтобы я тебя продал? Вас пятерых Татугла оценил в пять тысяч, то есть за каждого по одной. Если есть в Демморунге люди, готовые внести за тебя эту сумму — скатертью дорога, после обещания, что не будешь вредить ни мне, ни членам моего Дома, ни их имуществу, — больше проверяя реакцию, чем надеясь на внятный ответ предложил я.

— Клятвы приносить никому не буду, потому что уже связан с ней, — многозначительно показал указательным пальцем на потолок, — Знаешь, глэрд, надоело мне уже здесь. Хочу начать все заново, а в мире мертвых — это сделать самое правильное. Уж кому, как не тебе, об этом знать! Ведь ты уже умирал? — я посмотрел равнодушно, но обдумывал, что известно этому ублюдку, даже пришла в голову мысль о нашептывании ему кем-то из божков о замещении души Глэрда, — Память крови… А Мара постоянно мне шепчет, не обманывает. Я с ней говорю. Часто она отвечает. Никому в этой жизни не верил, а ей верю. И голос, такой завораживающий у нее голос. Нет, ты не слышишь, хоть она и сейчас говорит! Королева! И зовет меня к себе постоянно. Корабль подарит. Знаешь какой красавец? Ты просто не представляешь, настоящий ловец ветра и гроза морей! — и без всякой внятной причины, вдруг заговорил нормально, без мечтательных интонаций, — У меня есть к тебе другое предложение. Сам я не могу перейти грань между жизнью и смертью, и ошейник не даст, и тогда окажусь в Гратисе. Хотя уже готов и на последнее. Душно мне здесь, погано… Поэтому если ты убьешь меня честной сталью, а затем пообещаешь отправить к Маре в чистом огне, я многое могу рассказать… Если не все! И у тебя будет два часа на расспросы! Ну, сделка? — опыты Деймона окончательно снесли башку пирату. Алхимик от богов, мать его. И не напоил ли он чем-то подобным профессора, отчего тот тоже пребывал до сих в неадеквате?

В целом, по рассказам мэтра, Клая особо не истязали, в отличие от Хорна, но последний в здравом уме, а этому хватило для необратимых последствий.

Над предложением я думал недолго. Кто я такой, чтобы мешать людям по пути к мечте? Мне же подобный геморрой рядом не нужен, пусть за него просил дер Ингертос. И одно мне было непонятно — из всей этой братии, нужный и правильный человек, учитывая задачи, только Хорн. Остальные — балласт. Что двигало магом, навязывая всех? В итоге окончательно запутался с его вывертами.

— Сделка.

Мне удалось узнать за два часа очень многое из «речной» жизни местных ушкуйников, начиная от лучших мест нападения и частых скрытных стоянок на реке и заканчивая торговцами, не брезговавшими покупать добытое нечестным путем. Но самое главное, оказалось, мариновали Клая, чтобы он в сезон начал заниматься любимым делом, но полностью подчиняясь Пасклям, как и отдавая им практически всю добычу, полученную грабежом их конкурентов. На Тризана же работало на постоянной основе от восьми до десяти пиратских ватаг.

После обстоятельного разговора я взял зелье погребения у Алекса, затем вывел капитана в парк, на лобное место.

— Мы обязательно встретимся, глэрд Райс! — пообещал пират, и вновь подмигнул, затем посмотрел в серое небо.

— Точно, все там будем.

— Действуй!

Точный удар, и через пять минут вместе с дымом бродяга отправился на свидание с Марой, вот только я не был уверен, что его там ждал корабль, сабля и верная команда.

Черт бы с ним, Эйден ли. А у меня дел громадье. Смерть речного бандита на Алекса произвела впечатление, побледнел, смотрел на меня с какой-то затаенной злостью. Непонятно.

Да, и мысли были заняты другим, когда перебирал всех новых и «старых» соратников. Как известно, враг моего врага — мой друг. Однако, есть и нюансы. Крокодила, желающего сожрать твоего недоброжелателя, вряд ли можно называть даже товарищем. А я себя планомерно окружал матерыми рептилиями.

Глава первая

37.03.589 от основания Новой Империи, Демморунг