Лилит пришла в себя почти сразу, голова гудела, но она изо всех сил цеплялась на сознание, ведь… она должна не дать плану Экстера воплотиться. Хотя, само то, что тот вырубил её недостаточно сильно, уже говорит о том, что она всё испортит. Девушка слышала возню в соседних комнатах, пытаясь сесть и взять себя в руки. Взгляд никак не хотел концентрироваться, всё время улетая, от чего комната бешено вращалась и, казалось, Лилит сейчас стошнит. В трусах было липко, сначала пришло это чувство, а потом уже запекло внизу живота. Сердце бешено колотилось, по показателям пульс зашкаливал. Девушка коснулась увеличившейся груди, от чего жар снизу стал только сильнее. Дыхание было сбито, будто она бежала марафон, а не сидела в кровати.

При этом она отметила, что доза которую она выпила не была слишком превышена, очевидно, этот ужасный человек всё просчитал, было бы не кстати, если бы у неё встало сердце. Оставалось держать себя в руках и найти камеры, прежде, чем он всё-таки войдет сюда. Лилит не животное, да и Хантер не дал бы так просто оседлать себя, но погладиться о него получится, особенно после пережитого. А Экстер всё записывает, это она точно знала — он периодически бросал взгляд на тумбочку, будто проверяя, всё ли идет по плану. Чтобы разрушить жизнь майора пободного зрелища будет достаточно, его увидит не только его жена, но и вся ассоциация. Хантера уволят из-за позора, жена уйдет и не позволит видеть дочь.

Именно поэтому девушка так старалась не пить, зная, что ей и без препарата было тяжело сдерживать себя рядом с ним. Он пах так, что бабочки в животе опускались ниже, пробуждая в ней всё то, что она пыталась спрятать.

Камера нашлась довольно быстро, но это не значило, что она здесь одна. Девушка взобралась обратно на кровать, включая систему. По бедру побежала смазка, но девушка не обратила на это никакого внимания, вытерев её наспех пальцами. Глушитель уже успели отключить на одном из уровней, Лилит могла подключиться, но не более, телепортироваться или связаться с кем-то было невозможно. Зато это дало ей доступ к инфрокамере, которой обычно искали технику. Девушка нашла ещё две в самых необычных местах, разбивая их в пух и прах, вдруг замирая с одной из них в руках. Погодите-ка… а что если это тоже часть плана?..

Она включила камеру на системе, коротко представившись.

— Меня зовут Лилит, код Л-474, я была похищена подполковником Экстером около двух-трех суток назад. Сейчас я заперта в его комнате, хотя до этого меня держали совсем в другой. Он пытался получить от меня согласие на садистское соитие, подмешивал мне в воду препараты типа женской виагры. Я заметила камеры в комнате, на них запечатлен часть того, что он со мной делал и я хотела это уничтожить, но одну оставлю, на случай, если это потребуется. Свою камеру я не включала из-за блокировки системы по всей территории, сейчас она снята.

Лилит не стала выключать камеру, продолжая искать что-то, что могло бы помешать. Выбора нет, нужно не дать майору приблизиться. В любом другом случае она просто не справиться с собой и разрушит ему жизнь.

— Лилит! — прокричал тот, явно заглядывая во все комнаты.

— Майор!.. — девушка отошла на безопасное расстояние за кровать. — Я здесь! Вы слышите меня?

— Слышу! — его голос звучал облегченно. — Я вышибу дверь, не бойся.

— Вы… не спешите, — та направила ладошку вниз, сжимая половые губы. — Пусть лучше Мёрфи войдет.

— Что не так? — снова разволновался тот. — Ты цела?

— Мне… да, я в порядке, — она свалилась на колени, сгибаясь напополам. — Вайн с вами? Пусть лучше она за мной зайдет, прошу вас!

— Понял, — тот что-то крикнул немного отходя и навалился плечом на дверь. — Я снесу дверь, а Вайнона войдет, она рядом.

Оказалось, это совсем не сложно, хватило буквально ударов пять, чтобы петли не выдержали. Майор не хотел смущать Лилит, но невольно поднял глаза, когда пятился обратно из комнаты. Он вдруг понял, о чём говорила девушка без слов. Один её вид… его лицо покрылось краской, а дышать стало труднее. Майор просто сбежал, подтолкнул Вайн внутрь. Он никогда не забудет этой картины. Девушка была в синяках, уставшей и напуганной, но… вожделение в её глазах, ладонь, стискивающая половые губы и стук капель о паркет. Если бы он был ближе хоть на сантиметр — никогда не смог бы уйти. Уверен, она бы тоже не стояла на месте, ей стоило не малых сил держать себя в… ладошке.

— Ну у тебя и видок, — Вайнона накинула на Лилит одеяло, — ты как?

— Могло быть и хуже, — девушка выдохнула, ведь на «подругу» она не кинется. — Экстера поймали?

— Ловят, Донован и Мёрфи у него на хвосте, — пояснила та. — Нужно выйти на улицу и я доставлю тебя в больницу в ассоциации.

— Не нужно, я цела, — отмахнулась блондинка. — Просто хочу домой. Мне лучше какое-то время не показываться людям на глаза.

— Не получится, — нахмурилась Вайнона. — На уши подняли всех. Председатель ждет встречи, так что будь готова рассказывать свою печальную историю. Так что пойдем в больницу. Втолкуй себе, что за каждым шагом следят, нужно все делать по правилам. Понимаешь?

— Да, — Лилит кивнула, понимая, что этот ад ещё не закончился, — спасибо. Тогда пошли.

В порядок она пришла довольно быстро, всё-таки, особого ущерба её здоровью не было. Ей дали отдохнуть почти целый день, после чего в палату вошли председатель и журналисты, они долго расспрашивали её о произошедшем. Лилит отвечала без энтузиазма, но ничего не таила. Что Экстер хотел разрушить их жизни. Возможно, он пытался нанести её непоправимый вред, а майора лишить работы и семьи. Мёрфи, вероятно, должен был остаться без единственного друга. Так же её спросили, почему она не подавала сигналов бедствия, не пыталась сбежать и не давала отпор. Девушка с трудом сдерживалась, чтобы не послать их всех к черту, но спокойно объясняла, что её за лишние движения наказывали звуком.