– Я много чего знаю, – многозначительно хмыкнул Калиб. – А это ты не помнишь?

Он протянул свою руку вперед перед лицом Юргена:

– Этот браслет ты специально сделал для меня, и у тебя, я смотрю, такой же на руке. Он подает сигналы геолокации, чтобы мы всегда знали, кто из нас где находится и не потерялись.

– Но геолокация сейчас не работает, я думал браслет бесполезен, – ответил Юрген.

– Некоторые спутники еще работают на автомате, – ответил Калиб. – Тебе ли это не знать? Да и сам ты не снял браслет. Почему?

– Я носил его в память о тебе.

– В память? Ты не хотел, чтобы я вернулся?

– Хотел, но знал, что это не возможно.

– А я тебе нашел! А ты почему-то не рад.

– Я очень рад, Калиб, но как-то это все неправильно…

– Что неправильно?

– Почему ты вернулся? Ты не представляешь, как мы с мамой страдали, когда ты ушел. Тогда ты не внял нашим мольбам. А заявился только сейчас!

– А я соскучился! – оскалился Калиб. – А отец что? Не страдал?

– Он слишком был занят работой.

– Чертов ублюдок! – брызнул слюной Калиб. – Ему всегда было на меня наплевать.

– Не говори так! Он ушел с головой в работу, чтобы отвлечься. Он тоже переживал.

– Если ты так страдал, почему ты не вернул меня?

– Я пытался, – оправдывался Юрген. – В бункере я построил центр связи.

– Я видел, – хмыкнул Калиб.

– Ты следил за мной?

– Не важно…

– Ты думаешь, я искал людей по всему миру?! – голос Юргена перешел на визг. – Я все это сделал ради тебя, придурок. Я надеялся тебя найти. А потом потерял надежду.

– Интересно получается, – саркастично проговорил Калиб. – Ты искал меня, но не нашел. Когда я нашел тебя, ты почему-то совсем не рад этому. Почему?

– Я же говорю, – всхлипнул инженер, – не правильно это… Ты должен уйти.

– Никогда! Смотри на дорогу и рули. Теперь мы будем вместе, как говорится, пока смерть не разлучит нас. А будешь артачиться, я вернусь и убью твоих друзей.

– Нет! – заскулил Юрген. – Это наши с тобой дела, они не при чем. Что тебе от меня нужно? Почему ты так со мной?

– А ты не догадываешься?

– Нет.

– Это из-за тебя мне пришлось уйти, – злобно процедил Калиб. – И, вытащив откуда-то старую газету, швырнул ее в лицо Юргену. – Смотри, там все написано…

– Помню эту газету, – тихо проговорил Юрген. – Я всегда ношу с собой такую же. Но я все рано не понимаю почему ты ушел?

– А что мне оставалось? – прошипел Калиб. – Внешне мы были с тобой одинаковы, но ты всегда прилежно учился и слушался родителей. Тебя все любили и прочили блестящее будущее. А на меня смотрели, как на обязательный придаток, как никчемное приложение к талантливому братцу. А я не хотел учиться, я хотел заниматься спортом. Но меня постоянно одергивали и ставили тебя в пример. Я вынужден был все делать, как ты. Ходить в ту же элитную школу, изучать те же гребаные науки, заниматься чертовой музыкой. Однажды мне это совсем надоело и я ушел…

– Прости, я не знал…

– Ничего, брат, теперь нам никто не помешает быть вместе. Но я все-таки вернулся и убил бы твоих новых друзей. Вдруг они будут тебя искать?

– Нет, не делай этого…

– А что ты так за них беспокоишься? Я смотрю, они стали тебе дороже, чем я?! Разворачивай машину, разделаемся с твоими попутчиками и поедем в бункер.

– Нет, ты сумасшедший! Заряда батареи не хватит, чтобы вернуться потом в бункер.

– Не важно, – ледяным голосом проговорил близнец, – разворачивай тачку. У меня в револьвере как раз три патрона.

– Так это мой револьвер? – воскликнул Юрген и откинул крышку бардачка. – Я припрятал его на черный день, как ты нашел его?

– Мы же близнецы, – довольно хмыкнул Калиб, – а близнецы мыслят одинаково. Неужели ты думал, я не догадаюсь, где ты прячешь оружие? Разворачивай тачку, сука!

Калиб снова приставил дуло к затылку брата. Обливаясь слезами, Юрген развернул машину и бормотал:

– Прости, Гектор, прости Энн, прости рыжий парень, я не хочу вашей смерти, но мне очень страшно. Я ничего не могу поделать, мой брат всегда был сильнее меня.

– Что ты там бормочешь?

– Ничего, я просто молюсь!

– Бога нет, недоносок.

– Но мы же все детство ходили в церковь? – удивился Юрген. – Ты разве не помнишь?

– Я это ненавидел больше всего! Притворяться и поклоняться несуществующему духу…

– Не говори так… Бог вернул тебя.

– Я сам пришел, а твой бог может идти в задницу вместе с твоими друзьями. А вот, кстати, и они.

Машина мчалась по шоссе на последнем издыхании батареи. Юрген увидел впереди бредущую по асфальту знакомую троицу. Энн, Гектор и рыжий шли плечом к плечу, словно хотели остановить автомобиль.