– Здесь уже практически всем известно, что вы идете по кровавому следу. В маленьких городках новости распространяются быстро. Вас привела сюда другая знаменитость.

– А, вы имеете в виду миссис Оливер.

– Ариадну Оливер – автора бестселлеров. Все жаждут с ней побеседовать, узнать, что она думает о студенческих волнениях, социализме, платьях, которые носят девушки, внебрачном сексе и других вещах, не имеющих к ней никакого отношения.

– Да-да, это весьма плачевно, – кивнул Пуаро. – От миссис Оливер они могут узнать лишь то, что она любит яблоки. Об этом известно уже добрых двадцать лет, но она все еще повторяет это с любезной улыбкой. Хотя боюсь, что теперь яблоки ей разонравились.

– Вас привели сюда яблоки, не так ли?

– Яблоки на вечеринке в Хэллоуин, – ответил Пуаро. – Вы присутствовали на ней?

– Нет.

– Вам повезло.

– Повезло? – В голосе Майкла Гарфилда слышалось нечто похожее на удивление.

– Быть гостем на вечеринке, где произошло убийство, – не слишком приятный опыт. Очевидно, вы его не испытывали, но повторяю, вам повезло, потому что... – Пуаро перешел на французский, – il y a des ennuis, vous comprenez? [8] Люди спрашивают вас о времени и датах, задают массу нескромных вопросов... Вы знали эту девочку?

– Да. Рейнольдсы здесь хорошо известны. Я знаю большинство местных жителей. В Вудли-Коммон все друг друга знают, хотя в различной степени. Некоторые находятся в дружеских или интимных отношениях, а некоторые просто знакомы.

– Что собой представляла эта Джойс?

– Она была... как это лучше выразить... незначительной. У нее был неприятный, пронзительный голос. Вот, пожалуй, и все, что я о ней помню. Я не слишком люблю детей – обычно они меня утомляют. Джойс, к примеру, говорила только о себе.

– Она была неинтересной?

Майкл Гарфилд казался слегка удивленным.

– По-видимому, – ответил он. – А что в этом необычного?

– По-моему, неинтересных людей редко убивают. Убийства происходят из-за корысти, страха или любви. Каждый выбирает свое, но каждому нужна причина... – Он оборвал фразу и посмотрел на часы. – Мне нужно идти – у меня назначена встреча. Еще раз примите мои поздравления.

Пуаро двинулся дальше, осторожно шагая по дорожке и радуясь, что не надел тугие лакированные туфли.

Майкл Гарфилд был не единственным, кого ему было суждено встретить в «Погруженном саду» в тот день. Спустившись на дно впадины, он обнаружил три дорожки, ведущие в разных направлениях. В начале средней дорожки на стволе поваленного дерева сидела девочка, поджидая его, о чем сразу же дала понять.

– Вы мистер Эркюль Пуаро, верно? – спросила она.

Ее голос был звонким, как колокольчик, а хрупкая внешность казалась гармонирующей с «Погруженным садом». Существо наподобие дриады или эльфа...

– Это мое имя, – ответил Пуаро.

– Я пришла вас встретить, – объяснила девочка. – Вы ведь идете к нам на чай, не так ли?

– К миссис Батлер и миссис Оливер? Да.

– Это моя мама и тетя Ариадна. – Она добавила с ноткой упрека: – Вы опаздываете.

– Прошу прощения. Я задержался поговорить кое с кем.

– Да, я вас видела. Вы говорили с Майклом, верно?

– Ты его знаешь?

– Конечно. Мы ведь давно здесь живем. Я знаю всех.

Пуаро спросил, сколько ей лет.

– Двенадцать. В будущем году я собираюсь в школу-интернат.

– Ты этому рада?

– Не знаю, пока не попаду туда. Вряд ли мне там очень понравится. – Помолчав, она добавила: – Пожалуй, нам пора идти.

– Ну разумеется. Еще раз извиняюсь за опоздание.

– Ладно, это не важно.

– Как тебя зовут?

– Миранда.

– По-моему, имя тебе подходит, – заметил Пуаро.

– Вы имеете в виду Шекспира? [9]

– Да. Вы проходите его в школе?

– Проходим. Мисс Эмлин читает нам Шекспира, а я прошу маму почитать еще. Мне он очень нравится. Так чудесно звучит! «Прекрасен мир, где жители такие!» Но на самом деле так не бывает, правда?

– Ты в это не веришь?

– А вы?

– Прекрасный новый мир всегда существует, – ответил Пуаро, – но только для удачливых людей – для тех, которые способны создать такой мир в самих себе.

– Понимаю, – кивнула Миранда.

Пуаро интересовало, что именно она поняла.