— Нехорошие у нас с вами встречи, Ольга Николаевна, — мрачно произнес подошедший старший следователь прокуратуры Прохоров. — Видимся только возле покойников...

— Что делать, Тарас Петрович, такова жизнь...

Он вздохнул и перевел взор на Кудрявцева.

— Что-нибудь есть?

Старший лейтенант щелкнул замком портативного чемоданчика, в котором хранились пинцеты, щеточки, целлофановые пакеты и пузырьки с различными растворами, и отрицательно покачал головой.

— К сожалению, Тарас Петрович, никаких следов нет.

— А на бутылках от пива, стакане?

— То же самое. Эксперт из дежурной бригады может подтвердить.

— Странно. — Прохоров хмыкнул и развел руками, выказывая этим разочарование и удивление. Потом повернулся к судебному медику. — А у тебя, Никанорыч, что?

— Смерть наступила этой ночью, часов десять-двенадцать назад... О причине смерти скажу после вскрытия.

— Сердце? Инсульт?

— Да нет, похоже на отравление. Впрочем, не буду опережать события. Часа через два узнаешь.

— Буду ждать. Не задерживай, пожалуйста, только.

Появились Савченко и Капица. Владимир держал в правой руке полиэтиленовый мешочек, в котором был помятый, грязный сверток.

Ольга вскинула тонкие, как ниточки, брови:

— Что-то есть?

— На кухне в ведерке для мусора Сергей нашел завернутые в газетную бумагу два окурка, рыбью чешую, кости и голову от тараньки. Окурки, по-моему, от разных сигарет...

Прохоров задумчиво прикусил нижнюю губу:

— Выходит, пиво пили два человека...

— Ну и что? — повел плечом Кудрявцев.

— Если было два человека, то должно быть и два стакана. Только забулдыги под забором пьют из одного.

— Верно! — поддержала Прохорова Карелина. — Преступники иногда идут на любые ухищрения, лишь бы только запутать следствие.

— Может, соседи что видели, а? — кашлянул Капица.

— Проверим.

Вечером — после вскрытия — стали известны результаты судебно-медицинской экспертизы. В желудке Волощука было обнаружено небольшое количество пива с растворенным в нем сильнодействующим ядом, белый хлеб и вяленая рыба. Яд был также зафиксирован в тканях организма и крови.

Получила Карелина заключение и из научно-технического отдела УВД — по поводу окурков. Один из них был от болгарских сигарет марки «Солнце», а другой — от отечественных марки « Киев». На окурке сигарет «Киев», пропитавшемся рыбьим жиром, установлены отпечатки пальцев. Папиллярные линии довольно четки, ореолы полные. Окурок от болгарских сигарет имел размытые, едва различимые отпечатки пальцев, и составить дактилоскопическую формулу не удалось, хотя работа в этом направлении продолжалась. Вместе с тем твердо было установлено и другое: папиллярные линии на сигарете « Киев» принадлежат покойному Волощуку.

«Значит, Прохоров прав: пиво пили вечером девятнадцатого апреля два человека — Волощук и неизвестный, — сделала вывод Карелина. — В желудке Волощука обнаружено двести двадцать граммов пива, а на столе — батарея из шести пустых бутылок. Парадокс! Есть и второй стакан! Только он стоит в шкафчике на кухне, чисто вымытый, без каких-либо следов... Следы сознательно убрали! Тщательно протерли носовым платком, очевидно, все бутылки от пива и оба стакана. Но зачем было вытирать второй стакан, где были, вероятно, следы пальцев Волощука, — неясно. Вполне возможно, что преступник, желая сделать все поаккуратнее и получше, переусердствовал... Ну, а как же все-таки окурки в газете? Как он проглядел это, оставил такую улику? — Ольга задумалась и сама себе спокойно ответила: — Окурки и рыбью чешую выбросил в мусорное ведро, скорее всего, сам Волощук, когда был еще жив, и они с неизвестным только начинали застолье...»

Дальнейший план операции разработали с учетом изменившейся ситуации. Банда каратистов до сих пор не была обезврежена, дело запутывалось, а генерал Высотин поторапливал... Лейтенант Сергей Капица занялся опросом соседей Волощука, а Кудрявцев колдовал над вторым окурком — от болгарских сигарет «Солнце». Не сидела сложа руки и Карелина — работы было невпроворот. Версии, бумаги, экспертизы...

Михеев трижды встречался с Валетом, но тот пока ничего определенного не говорил.

— Жди своего часа. Когда надо будет — извещу.

— Руки чешутся. Хочется настоящего дела, — посетовал Михеев.

— Терпи, голубок. Тот, кто умеет ждать, всегда остается в выигрыше. Закон — тайга.

— Так можно целый год ждать у моря погоды.

— Ничего, зато потом какая житуха будет! — расцвел Валет, подмигнув Михееву. — Намечается большой абордаж, куш отхватим — на всех с лихвой хватит! Барон слов на ветер не кидает... хаза на все сто... Высший класс!

— Скорее бы...

— А спешить в нашем деле нельзя. Иначе вмиг уголовка заметет. «Не семь, а семьдесят семь раз отмерь...» — говорит наш пахан.