– Вы вдвоем живете всего на две тысячи в месяц? – мне с трудом верилось. Ведь их скоро станет трое…

– У меня есть бизнес-план: хочу выкупить эту пиццерию и преобразить её. Но пока что никак… Но однажды – обязательно. Ты не местная, верно?

– Верно, – я немного напряглась от такого вопроса, но сразу же поняла, как воспользоваться им с пользой для себя. – Подскажешь, где в этом городе находится автовокзал?

– Тебе куда нужно? – ещё один вопрос, на который я не хочу отвечать, о чём я уже хотела проинформировать парня, но он продолжил говорить, не дождавшись от меня ответа: – Просто с местной автостанции ты сейчас едва ли сможешь выехать за пределы города, но вот поезд здесь ходит каждые шесть часов, и следующий должен быть… – Парень посмотрел на громко тикающие настенные часы с выцветшим табло. – Как раз через полчаса. Может докатить прямо до Нью-Йорка, но не думаю, что тебе так далеко нужно, – он снова ухмыльнулся.

– Почему нет? – решила поинтересоваться я о том, что именно сподвигло парня ошибиться в его доводах – эта ошибка была мне на руку.

– У тебя всего один рюкзак, – взмахнул влажной тряпкой мой собеседник. – С таким багажом далеко не путешествуют.

Логично.

– Где находится станция, на которую прибывает поезд?

– Да прямо за углом этого здания и находится, так что можешь не спешить. И кстати, для детского преданного вроде колыбели, коляски, шмоток, погремушек, памперсов и прочей белибердени нужны средства, так что можешь позволить себе не скупиться на чаевые, окей?

– Окей.

Обогнув здание пиццерии, я и вправду увидела железнодорожную станцию.

Я уже взошла по ступеням на высокий перрон, когда позади меня раздался крик:

– Эй, ты! Чёрная кепка! Подожди…

Я поспешно оглянулась. Парень из пиццерии бежал за мной, размахивая над головой долларовыми купюрами:

– Слишком много оставила!

Я оставила четыре с половиной тысячи долларов из пяти с половиной, что были у меня наличными. И вправду очень много…

– От чистого сердца! – откликнулась я невозмутимым тоном.

Парень резко затормозил и всё ещё издалека докрикнул:

– Это моя зарплата за три месяца!

– Просто стань хорошим отцом!

– Уверена?!

– Уверена.

– Что ж… Ну спасибо! Как тебя зовут хоть?

Нет, слишком рано называть своё реальное имя. Слишком близко могут подобраться ищейки… В голову почему-то вдруг пришла серия романов, которую я читала несколько лет назад, и в итоге я совершенно неожиданно решила назваться именем главной героини той истории:

– Таша… Меня зовут Таша Палмер.

– Спасибо тебе, Таша Палмер, – парень галантно чуть склонил голову и, развернувшись, взмахнул моими щедрыми чаевыми у себя над головой. – Мы с Холли этого не забудем!

Я поступила глупо – меня в который раз подвела моя эмпатия. Теперь этот парень наверняка запомнил меня, а вдруг память именно этого персонажа в итоге и сыграет главную роль в моём разоблачении? Вдруг полицейские ищейки выйдут на мой след, как это бывает в лучших детективных сериалах? Однако же, я пока ещё не в детективном сериале… Это моя жизнь. Жизнь номер два.

В кассе я приобрела билет до Нью-Йорка и, сев на один из пластмассовых стульев перрона, начала ожидать поезда, который пришел всего лишь спустя двадцать минут. Поезд оказался новеньким, с приятными мягкими сиденьями и большими окнами. Я заняла место в середине вагона, у свободного окна, и сразу же неосознанно начала наслаждаться происходящим: ещё утром я полуголая драила пол подвального этажа, отмывая его от собственных крови и жира, а уже сейчас мне предстоит раскачиваться в чистом вагоне поезда, едущим в сам Нью-Йорк. Я не путешествовала на общественном транспорте, кажется, больше полувека: у нас с Геральтом всегда был собственный автомобиль, так что общественным транспортом мы пользовались только в случаях дальних поездок в отпуск. Какие же замечательные то были времена!.. Поездка в Неваду получилась одной из самых незабываемых. Хм… Она была до того, как Геральт изменил мне с Имоджен Бигелоу, или после?..

Мой взгляд перекочевал со спинки кресла, стоящего напротив, в окно и сразу же зацепился за пёструю семью: пара старше тридцати лет и трое детей младшего школьного возраста провожают двух пенсионеров. Судя по тому, как похожи улыбки молодой женщины и седовласой женщины – они одна семья…

Интересно, моё исчезновение уже заметили?

В девять часов вечера я высадилась на Центральном вокзале Нью-Йорка с таким рёвом в желудке, что, кажется, могла бы перепугать всех спешащих мимо меня прохожих, если бы только мою желудочную революцию не заглушали миллионы механических шумов. Как люди выживают в мегаполисах?..

Последние полтора часа пути есть хотелось так сильно, что сразу после выхода в город я не стала тратить время на поиски приличного кафетерия – стоило мне только выйти из здания вокзала и увидеть передвижную тележку с аппетитно нарисованным на ней хот-догом, как я моментально телепортировалась к ней. Я никогда не позволяла себе питаться чем-то подобным, потому что, как многодетная мать и впоследствии многодетная бабушка, прекрасно понимала вредность фастфуда, но сейчас мне было откровенно наплевать на какую-то там вредность – от этой лавки пахло так мощно, что у меня начали течь слюнки ещё до того, как я определилась с заказом: хот-дог с горчицей и порция чёрного чая в пластмассовом стаканчике – восемь баксов пятьдесят центов. Повезло, что продающая хот-доги девушка смогла найти сдачу к стодолларовой купюре.