Вновь прибывших, собрали в бараке, где находились административные помещения. Их встретил начальник колонии – Голова Александр Николаевич, строго смотрел на стоявших перед ним женщин, ознакомил с правилами пребывания в здешних местах, предупредил о последствиях нарушения режима. Карцер, штрафной изолятор, лишение пищи – это все ожидало провинившегося заключенного.

Валентина – надсмотрщица, проводила ее назад в камеру, тут ее ждали.

Полноватая женщина с широкими плечами, и узкими бедрами, каштановые волосы собраны под косынку, стояла, привалившись к стене, сложив руки на груди. Ее изучающий взгляд блуждал по телу Розовой.

– Ну наконец – то – сделала шаг к Диане, а Розова понимает, что перед ней та зечка, с грубым голосом, и внимательно обводит новую знакомую взглядом. Мужик в юбке, говорят про женщин с таким складом фигуры, со спины так точно, вот и голос, как по заказу, такой низкий и хриплый. – Как звать?

Диана растерялась, для нее все в новинку, трудно перестроится на новый уклад жизни.

Женщина поняла, что ввела своим присутствием, а может и внешним видом новенькую в ступор, и продолжила.

– Я Светлана, «мамка» – слежу, за порядком в нашем отряде. – Она гордо выпятила грудь, показывая свою важность в колонии. – Мне нужно с тобой определиться, чем ты можешь быть полезна. – Светлана взяла в ладони кисти новенькой и осмотрела руки. – Неженка.

Диана удивилась, как могла эта женщина понять, что раньше у нее была бархатная кожа, руки не знали домашних хлопот. Только боксерские перчатки, украшали кулаки, бившие по груше, или сопернику, о чем говорили сбитые костяшки, но пока «мать» на них не смотрела.

– Ты язык проглотила? – Светлана смерила ее оценивающим взглядом. – Говорить – то будешь, или обет молчания дала? – не отставала от нее зечка.

– Буду. – Диана взяла себя в руки, нужно вливаться в коллектив, ей еще долго отбывать свой срок, пора снимать броню. – Розова Диана – протянула руку, и почувствовала крепкое пожатие, на ладони.

– Шить умеешь? – Светлана начала определять, куда отправить новенькую.

– Нет.

– Готовить?

– Плохо.

– Ну, тогда тебе только убирать сортиры.

– Это что?

– Ты что даже про сортиры не знаешь?

– Похоже на французское слово sortir.

Ее оглушил громкий смех, Светлана аж согнулась пополам, облокотившись на колени руками.

– Вот насмешила – сквозь прерывистый смех говорила «мамка». А Диана, стояла и смотрела на женщину, не понимая, что происходит. Что она такого сказала? – Ладно – наконец успокоившись, главная, хлопнула ее по плечу. – Пристрою тебя к Аньке, она всему научит. Заодно узнаешь, что такое сортир. С тряпками управляться умеешь?

– Ага – а саму трусит, она никогда в жизни даже пылинки не стерла, ее задачей было хорошо учиться, посещать разные кружки, чтобы стать настоящей светской девушкой, и удачно выйти замуж. Но она быстро учится, надеялась, что с тряпкой то точно справится.

Светлана шла впереди, Диана семенила сзади, по бесконечному узкому коридору. Наконец дошли до небольшого помещения, отделанного старой белой керамической плиткой.

– Анька – выкрикнула Светлана, и из дальней комнаты выскочила молодая девушка, она, не глядя по сторонам бросилась на шею «мамки», и прижалась к ее губам в страстном поцелуе.

Диана никогда не видела более отвратительной картины, боялась, что ее сейчас вырвет. Эти две женщины, не стесняясь ее присутствия облизывали друг друга, причмокивая и постанывая. Розова больше не могла вынести это зрелище и громко откашлялась.

– Так – отстранила от себя Аньку главная – я не за этим сюда пришла. Вот – она повернулась к Диане и указала на нее вытянутой ладонью, – привела тебе ученицу. Покажешь ей все.

– Хорошо «мамочка» – довольно улыбаясь и облизывая губы проговорила девушка, – она будет с нами работать?

– Да. Диана теперь в нашей команде. Я тебе доверяю – прошептала возле уха Анны и они обменялись легкими поцелуями.

Пройдя в дальнюю комнату Розова увидела, что здесь находятся еще работницы ей представили Таю и Катю, на вид простые девушки, такие же как она.

– У нас все хорошие, добрые, наша камера, даже конкурс на самую уютную комнату выиграла – похвасталась Анна. А Диане так и хотелось рассмеяться, и задать вопрос, какого хрена все такие хорошие, добрые девочки вы сидите в местах не столь отдаленных. Вместо этого постаралась мило улыбнуться