Прямо в этих скудных лучах, пришедших сверху, большой и нелепой кучей громоздилось тело зверя. Он еще дышал, и его чудовищные когти скребли по камню, издавая тот самый странный шум, услышанный нами прежде. Но зверь умирал.

Сейчас, когда он лежал, беспомощный, и уже не мог пошевелиться, то напоминал старого пса, брошенного хозяином.

Я подошел ближе и заметил, как одинокая слеза скатилась по его щеке.

После этого зверь дернулся в последний раз и издох. Глаза его остекленели и смотрели в бесконечность уже безо всякой угрозы.

Все же мы сумели его убить. Точнее, ранить, но смертельно. И сейчас я поспел как раз вовремя, чтобы лично лицезреть последнюю минуту его жизни.

Это стоило нам жизни Ива и тяжелого ранения Атоса. Не говоря уже о смерти горбуна и его семьи, а так же о разрушениях, причиненных тварью.

Но даже теперь, когда я стоял в паре шагов от зверя и мог рассмотреть его во всех подробностях, я никак не мог понять, что за вид он из себя представляет. И главное, как он сумел выдержать выстрел в упор?

Левый и Правый решили часть загадки за меня.

Они безо всяких церемоний подошли к туше и перевернули ее на спину.

— Ваша милость, да у него тут особая защита!

Люка нагнулся к зверю, держа нож в руке, и лихо начал им орудовать. Сначала я не понял, что именно он делает, но через полминуты Левый поднял вверх нечто, напоминающее нагрудный доспех. Вот только сделан он был из очень толстого куска железа, гораздо толще стандартной брони, и даже поднять такую массу обычный человек затруднился бы, тем более носить постоянно. Для зверя же подобных сложностей не существовало. Силен он был неимоверно, и полсотни килограмм таскал без проблем. Именно поэтому пуля Атоса и не сумела пробить его грудь, лишь откинула прочь на пару шагов силой инерции. Одной тайной меньше.

— Крупный волк? — предположил д’Артаньян, разглядывая тело. — Или помесь волка с кем-то?

— Нет, скорее, тигр, — не согласился Левый. — Смотрите, какой хвост с кисточкой на конце. У волков таких не бывает.

— А у тигров не бывает подобной шерсти. Очень густая и плотная. А еще, я сам видел, он свободно вставал на задние лапы и рвал нас передними! Тигр бы сбил с ног, а потом терзал когтями на части. Этот же все делал иначе!

— Слышал я про одного зверя, — внезапно вступил в разговор Правый, и так как этого от него не ждал никто, то все замолкли и слушали внимательно: — который умеет бегать и на двух лапах, и на четырех, и когти у него в самый раз подходящей длины, а умен этот зверь неимоверно. Называют его панда, и живет он в далеких-далеких странах, где правят люди с очень узкими глазами…

Я чуть было не рассмеялся от этой версии, но тут вспомнил о наказах Лулу и быстро набрал еще теплую, густую кровь зверя в пузырек, лежавший у меня в кармане, и с трудом, но вырезал верхний клык из его пасти и отрезал один из когтей. Первая часть задания выполнена, впрочем, и вторая тоже. Зверь мертв, добыча получена.

Осталось малое — найти хозяина зверя и узнать, что вообще происходит в моих владениях?!..

Чуть дальше, примерно в сотне метров от нас, мелькнуло нечто и тут же исчезло из вида.

Сжатый кулак, поднятый на уровень подбородка — универсальный знак, призывающий к тишине и вниманию, понятен был во все времена. Мои спутники резко умолкли и вновь взялись за оружие.

Я указал Левому и Правому на сеть, и они живо ее развернули. Хозяина зверя я желал взять живым! Слишком много вопросов у меня скопилось.

Мы обогнули озерцо и вышли к небольшой пещере, вход в которую прежде был искусно прикрыт массивной, декорированной под камень, дверью. Сейчас же она была открыта нараспашку — в этом нам повезло. В противном случае мы никогда бы ее не обнаружили.

Первым внутрь заглянул я. Пещера была тускло освещена изнутри парой ламп, одна из которых была подвешена к стене, а вторая стояла на деревянном табурете. Внутри было не слишком просторно, скорее компактно. Метров двадцать-тридцать было отведено под жилую зону: топчан для сна, пара табуретов, ночной горшок в углу, стол и книжные полки, просто забитые книгами и бумагами. Теперь стало ясно, куда делись документы из рабочего кабинета наверху. Все находилось здесь, в этой пещере. Вторую же часть занимала массивная клетка с толстыми, в палец толщину, прутьями и крепким на вид замком. Логично предположить, что именно там все это время и жил зверь. Пахло в пещере плохо — экскременты животного и человека создали неповторимо отвратительный запахом, пропитавший все вокруг.

Сейчас же в клетке находился человек в плаще, но уже без маски. Он стоял спиной к входу и разглядывал нечто невидимое нам в дальнем углу клетки.

Мы осторожно, шаг за шагом начали приближаться к нему, но человек вовсе не обращал внимания на происходящее вокруг. Он присел на корточки и проделывал какие-то непонятные манипуляции, негромко бормоча себе под нос.

Подойдя еще ближе, я услышал тихий писк, а потом и увидел, что в углу на клочке сена копошатся три звериных детеныша: совсем мелкие, у них даже не успели открыться глазки, они лишь ползали и требовательно пищали, требуя пищу. А человек поил их по очереди молоком из блюдца.