С заказом всё было в порядке и по скорости и по качеству, и супервайзер с явным удовольствием погрузился одновременно и в обед, и в собственные мысли. Под явное облегчение персонала точки.

Вначале он собирался занять единственный в зале стол с двумя мягкими диванами (прочие столы комплектовались исключительно стульями), но затем всё же решил самое лучшее место в зале не занимать.

Как оказалось, не напрасно. Сразу после того, как расторопные официанты подали ему чайник турецкого чая, в зал, оглядываясь по сторонам, вошёл русский священник. Окинув зал быстрым взглядом, он уверенно направился к столу с мягкими диванами и с наслаждением буквально упал спиной на один из них. Что-то говоря по-русски (сам супервайзер, этнический турок, в русском был не силён, и мог говорить только на государственном языке, родственном турецкому и очень напоминающем древнетюркский).

Священник сделал заказ молниеносно подошедшему официанту, тут же оплатил его достаточно крупной купюрой и одновременно отказался от сдачи:

— Возьмите, пожалуйста, сразу: мне может понадобиться срочно уйти, чтоб я вам не был должен… Нет, сдачи не надо… На здоровье…

Супервайзер со скрытым удовлетворением наблюдал, как новый повар исполнил достаточно сложный заказ почти на добрые сорок процентов времени быстрее, чем требовалось по нормативу: достаточно сложный фасолевый суп из полутора десятков компонентов, кебаб в лаваше с овощной нарезкой, и самый тяжёлый из салатов: нарез а ть правильно именно этот салат долго, а заранее на ре зать про запас нельзя — эта смесь овощей и трав быстро теряет вкус.

Но повар оказался на высоте, официанты не зевали, и супервайзер мысленно отметил: если в эту точку в течение часа (который он собирался провести тут) войдёт ещё хотя бы один такой же обеспеченный клиент (оставляющий чаевыми, как священник, ровно сто процентов стоимости самого заказа), то меню в точке надо расширять: персонал сюда ставили новый, и в полном меню лично он поначалу не был уверен. Но сегодняшний визит, так кстати совпавший со сложным заказом клиента, убедил супервайзера: не смотря на молодость и отсутствие опыта, персонал именно этой точки не особо-то и уступает остальным. Значит, меню надо доводить до полной версии: как известно, десертная группа и собственная выпечка добавляют примерно двадцать пять процентов к среднесуточной кассе. Хотя и отнимают больше времени и ресурсов на приготовление.

Проходит минут пять, и русскому священнику начинают сервировать стол, подавая тарелки и приборы. Он, не отвлекаясь от своего смартфона, автоматически кивает официанту в знак благодарности.

В этот момент в зал входит мулла. Явно из местного этноса, судя по разрезу глаз; тоже окидывает взглядом зал и направляется к столу, за которым сидит русский священник. Супервайзер от неожиданности чуть не давится: интересно, что это за парад священнослужителей среди ночи в этой точке? Или у них в этой стране это в порядке вещей? В Турции, понятно, христиан особо не притесняют (да вообще никак не притесняют), но вот такой совместный выбор одного стола муллой и священником был бы явно редкостью. Какая интересная страна…

Против своей воли, супервайзер заинтересовывается разговором священнослужителей и старается прислушаться. К его великому сожалению, мулла обращается к русскому по-русски, непонятно для супервайзера. Но турок не теряется и жестом зовёт официанта:

— ?тінемін, айт?ан с?здерiн ма?ан к?шiрш? (пожалуйста, переведи мне?) — супервайзер незаметно кивает на стол с мягкими диванами.

— Ассалому алейкум, — говорит мулла, подходя к столу.

— Мир вам, — чуть удивлённо поднимает на него глаза священник.

— Хотел попросить об одолжении, — чуть стесняясь говорит мулла. — Я всегда ем за этим столом, некоторые деликатные проблемы со здоровьем. Могу сидеть только на одном из этих диванов… Вы позволите?.. Я вам не помешаю?

— Да бога ради, — ещё более удивлённо поднимает брови священник. — Садитесь, конечно…

Супервайзер кивком благодарит официанта и незаметным движением кисти отпускает его принимать заказ уже у муллы.

А про себя отмечает: видимо, эта центральная точка была лично им раньше недооценена: если тут среди самой рядовой ночи питаются явно не стеснённые в финансах (видно по аксессуарам и заказу) священнослужители различных конфессий, значит, меню явно можно сделать пошире и подороже… И кстати, видеть за одним столом священника и муллу раньше не приходилось. Собственно говоря, даже в Османской Империи (не смотря на все ужасы, рассказываемые в Европе), в средние века, всем покорённым народам Султан благородно предоставлял выбор: они были должны либо принять веру победителей, сиречь ислам. Либо — язык, турецкий. Так, некоторые народы южнее Кавказа приняли ислам. А понтийские греки, например, перешли на турецкий язык, и христианством не поступились.

Но видеть муллу за одним столом с христианским ортодоксальным священником — это всё равно необычно, даже для светской и терпимой к религиям Турции… Видимо, к этой стране придётся ещё долго приноравливаться. Хотя здесь и тоже тюрки, но, видимо, ещё многое тут предстоит понять.

Примечание.

Знакомый турок-таксист (служил 1978 — 1980), из-под Алматы родом, в армии, при СССР, в часть попал один, без земляков. И кроме родного турецкого, тогда никакого языка не знал (сам был из турецкого посёлка родом). В бане на помывке с удивлением услышал чуть изменённый, но всё же родной и узнаваемый турецкий язык. Кинулся к тем двум парням старшего призыва, говорившим по-турецки, с вопросами.