— Похоже, — бормочет у него из-за плеча Азамат, старательно бегущий взглядом по казахской версии этого же листика (взятой им у Нигины). — Надо только в их бывший дом съездить, кое-кому в табло прорядить…

— Э-э-э-э-э! — резко останавливается Рома. — Совсем?.. — он не заканчивает фразы, но Азамат сразу осекается.

— Да это я так, по инерции… Просто вещи забрать надо. Документы — попутно. Не одну же её туда отпускать, — нехотя сдаёт назад Азамат.

Рома, многозначительно глядя на него, качает головой и неодобрительно отвечает:

— Жизнь нас учит только тому, что кое-кого она ничему не учит, да, Шарипбаев?

— Пошутил я, — ворчливо отбивается Азамат. — Только вещи заберём…

— Только вот по машине вопрос, — чешет за ухом Рома. — Поди, дорогая была брата машина?.. — Рома вопросительно переводит взгляд с Нигины на Шукри и обратно.

Буквально через ещё минуту всеобщего обсуждения, разговор о машине неожиданно обретает новый оттенок (через Нигину, Рома вначале подробно выясняет кое-какие дополнительные детали у Шукри, а потом озадаченно откидывается спиной назад).

— У нас давно транзит таких машин на юг налажен, — добавляет от себя Нигина после того, как переводит Роме ответы афганки на все его вопросы. — Кстати, кажется, и из этой страны тоже…

— А «у вас» — это…??? — Рома выразительно смотрит на Нигину.

— Та********н, — кивает она.

— А ты что, не наша? — походя роняет капитан.

— Вам честно? Или официально? — Нигина выразительно смотрит на Рому.

— Так… не говори пока ничего… У Та********на есть закон о двойном гражданстве, — начинает вслух рассуждать Рома, — поэтому, многие ваши спокойно и служат в армии нашего Северного Соседа. Особенно на границе… По причине зарплаты и потому, что двойное гражданство у вас вполне официально разрешается… как и у соседей. Ты, по отцу, на него имеешь все права, поскольку отец твой наверняка имеет на него основания по праву рождения… — Рома как-то по-новому смотрит на Нигину. — Но у нас двойное гражданство запрещено. Строго и однозначно, на уровне Конституции… Так, не говори ничего! — капитан снова перебивает набирающую воздух Нигину, поднимая вверх ладонь. — Мне деталей не надо! То вообще не моё дело… Лучше продолжай о машинах…

— И места на Пяндже всем давно известны, и люди одни и те же занимаются. Как с нашей, так и с той стороны, — покладисто продолжает «Сотня косичек» под любопытными взглядами Азамата и Ромы. — Да что тут болтать! Погодите, сейчас покажу…

В этот момент, за спиной девочек возникает Ермек, который вначале перекидывается какими-то непонятными ремарками с Ромой, затем жмёт ему руку, задумчиво смотрит на Азамата и присоединяется к нам за столом.

Какое-то время над столом повисает тишина, нарушаемая лишь односложными вопросами и ответами Ромы и Ермека друг другу (они явно обмениваются какими-то только им понятными понятиями, впрочем, не вызывая ни у кого из присутствующих излишнего интереса).

Нигина тем временем завершает водить пальцем по экрану телефона и показывает фотографии в одном из месенджеров после того, как прогружает диалог с кем-то на незнакомом мне языке из какого-то архива:

Рома впивается взглядом в фото, как клещ. Ермек и Азамат — следом за ним.

— Странно, там же, по идее, двести первая дивизия соседей бдит, — бормочет себе под нос Рома. — Плюс погранвойска соседей. Там же… Где были пянджский и московский отряды, когда Империя ещё рулила, так погранцы Северных Соседей же до сих пор и бьются, разве нет?.. В смысле, бдят, а не бьются, — поправляется, демонстрируя необычную осведомлённость, Рома.

Ермек, широко раскрыв глаза, переводит взгляд с фото (в телефоне Нигины) на Рому и обратно, затем скрещивает руки перед собой и, нахмурив от недоумения брови, обращается к Роме:

— Можешь ты, коротко и в две секунды, объяснить мне?..

Рома склоняет голову к плечу, затем покладисто и сжато передаёт содержание последних минут нашей беседы. Добавляя от себя:

— Вот мне только не понятно, как канал на такие машины в наше время может существовать. Через «речку». Уже же, как бы, не двадцатый век. Молчу про транзит через четыре (и более) границы, но через «речку» — это же вообще что-то запредельное, за гранью добра и зла?

— Ага, только вон фото свежее… — Ермек кивает на телефон Нигины, добросовестно переводящей весь их разговор Шукри. — Слушай, а ты откуда об этом всём в курсе? — продолжает по инерции хмурить брови Ермек, впиваясь взглядом в Рому.

— Вэвэвэ-морпех-дот-ком, — снисходительно кивает Рома в ответ. — Там много чего есть. В закрытой секции. Только без обид, братан — ибо ваших там нет.

— Уверен? — теперь Ермек снисходительно смотрит на Рому, отзеркаливая наклон головы к плечу. — Именно моих, конечно, вполне вероятно что и нет, но есть ведь и Северный Сосед. У которого есть мои коллеги… Насчёт их отсутствия у вас я бы не был столь категоричен, — Ермек продолжает улыбаться.

— Уверен, — возвращает лучезарную улыбку Рома. — Закрытая секция там делится на сегменты. И если ты не офицер эмпэ, то… А проверяется это на раз-два. Поверь, притвориться не удастся. Никак. Хоть даже ты — сто раз свой собственный коллега, только у Северного Соседа.

— А если офицер эмпэ переводится в структуру, аналогичную моей? — проявляет неожиданную заинтересованность в теме Ермек. — По логике, у него же остаётся доступ в эту вашу закрытую секцию? А про случаи перевода, у Соседей, — Ермек неопределённо тычет пальцем в сторону севера, — известно даже тут, и даже мне. Сталкивался по работе. Переводы именно оттуда, — теперь Ермек кивает на якорь на предплечье Ромы, — в структуру, аналогичную моей. Там.