— Слабое? Ну, может, для почти тридцатого уровня — да. Но я тоже хочу такое колдунство! Хотя бы костры буду разжигать, а не по десять минут обычным кустарным способом — искрами на сухой мох! Поэтому нам нужно попасть к торговцам. Но купим ли мы чего-нибудь покруче, если денег мало? Я совершенно не знаю цен, а ты поможешь, чтобы ваши не обдурили?

С мёртвого Друлавана ничего не свалилось, кроме серебряных монеток. И где он держал их, за сапогом, что ли?! И зачем ему надо было брать с собой в лес деньги? Ведь он был почти раздет, а всё его имущество я и так забрал себе до боя. Кроме обуви и шляпы, которые он унёс с собой в небытие. Пришло время рассматривать трофеи.

Возвращавшийся с охоты эльф принёс несколько шкур лосей и мяса, теперь это всё моё. Снял с него длинный кинжал, лук, колчан со стрелами, брюки и накидку. Всё оружие, кроме короткого меча скрамасакса, было выше меня по уровню: не оденешь, не оценишь, только названия видны. Грязные, окровавленные трусы и майку, не дававшие никаких плюсов, не усиливающие меня, захотелось выбросить. Но не тут-то было, Арвен сказала, что хорошо выстирает, высушит и наденет. Это получше, чем рвань, доставшаяся от рабской робы, и штопаные шаровары.

Меч был явно круче кухонного ножа и обоих моих топоров вместе взятых, но не буду на него переходить, ведь решил быть топорщиком и обоеруким. Хотя мне явно требовалось сменить топорики на что-то получше: какие-нибудь настоящие боевые топоры или секиры.

От перенапряжения, связанного с боем, Арвен заснула прямо на моём плече, я дал ей отдохнуть полчаса, но время не терпит, пришлось её растормошить:

— Всё, отдохнула? Арвен, вставай! — требовательно настаивал я, протягивая руку. — Там, где прошёл один ушастый случайно и мимо нас, пройдёт и второй мимокрокодил.

— Я сегодня слишком избитая, повторюсь, изнасилованная, уставшая. На мне тяжеленные цепи! Куда мне идти? Пара километров, и я опять на час свалюсь, а то и на сутки!

— Я не знаю, как открыть замки на цепях! Сначала нужно спастись, потом обдумывать, как избавится от оков.

— Айк, я тебе сразу приказа… посоветовала рубить мне руки и ноги! — сказала мне Арвен, а я повертел в ответ пальцем у виска, но она пояснила: — Я хилер, пусть слабенький, воскрешать не смогу, но калечность смогу исправить и похилять умею.

Оказывается, Арвен всерьёз собиралась обрубать свои конечности, и теперь это не звучало как сумасшествие. Это имело смысл, иначе нам не избавиться от этих дурацких цепей.

— Круто, тебя-то я и искал! — только и смог что сказать я.

«А ещё любовницу и красавицу, как ты. И собеседника. Три в одном, прямо отлично. Осталось её только на секс развести, такую муси-пусечку, — подумал, но вслух этого не сказал, наоборот, замотал головой, пытаясь сбросить наваждение. — Хотя мне сейчас любая кривая, косая баба прекрасна. Чёртовы гормоны юноши! Грёбаный спермотоксикоз. И, главное, лечится только соитием, да и то временно. В принципе в этом деле помогает только живительная эвтаназия или постоянный партнёр-любовник».

— Осталось выяснить, как это сделать? — почесал я свой подбородок с вечно зудящей и щекочущей меня щетиной. — Если буду рубить как есть, то урон тебя скорее убьёт; если хилять в процессе рубки, то рваная рана затянется, тогда как мне тебя четвертовать? Чтобы ты ещё от боли при этом с ума не сошла!

Девушка и сама не знала, но уверяла, что помутнения рассудка у неё не будет, если вчера и сегодня её не сломали, то такая «мелочь» ничем не навредит. Арвен уверяла меня действовать не мешкая, она была слишком слаба, и, скорее всего, потеряет сознание с первых ударов и ничего не почувствует.

— И ещё я не понимаю, что творится с моим телом, точнее, разумом, — немного покраснев, признался я в сокровенном. — Меня раньше не одолевали столь сильные сексуальные желания. Я очень тебя хочу. Хотя одеться тебе всё же стоит от греха подальше.

Да, это ужасно, мне казалось, что я знал тайны вселенной, в отличие от «глупых» эльфов. Но не понимал простых истин, самые что ни на есть банальные вещи. Вот ведь рабская натура, ничего не знает о жизни! Когда ты живёшь вне социума свободных людей, и не такое бывает. А «божья искра», что передала мне свои знания и науки, видимо, не интересовалась, как живут обычные смертные: люди или эльфы. Ей, прилетевшей с небес, было плевать на козявок, копошащихся внизу, в навозе жизни и боли. Хорошо, что попалась Арвен и она немного пояснила про очевидное-невероятное. Алхимики обильно поливают еду молодых «самцов» гномов и людей интересным зельем, она не знала точно, каким именно, но это ослабляло сексуальные желания у юношей. Безвредное, иначе сами эльфы не поили бы этим пойлом своих же солдат и эльфов-заключённых.