Шрифт:
— Дальше про Руслана, как он пробивался к Людмиле. Мне читать или закрывать лавочку? Что-то друзья мои, атмосфера нездоровая какая-то. Вижу, у вас адекватность страдать начинает? Сходите, искупайтесь. А я пока на кухню прошвырнусь.
Принцесса зло на меня смотрела. Самое главное, у нее в руках был кувшин с вином. Жалко будет вино и голову свою тоже жалко! Но сейчас перехватить сумею, если что! Наклонился к ее уху и тихо проговорил: — Саш, я тебе потом расскажу, что было в тереме, хорошо?
Она растерянно посмотрела на меня, кивнула. Ну, слава богу.
— Ну, так что, мне продолжать?
— Продолжай! — хором закричала молодежь. Княгиня кивнула.
Руслана проскочили. Разговор пошел опять про Людмилу.
…Что делает моя княжна, Моя прекрасная Людмила? Она, безмолвна и уныла, Одна гуляет по садам, О друге мыслит и вздыхает, Иль, волю дав своим мечтам, К родимым киевским полям В забвенье сердца улетает; Отца и братьев обнимает, Подружек видит молодых… …Меж тем по замку, по садам Прелестной пленницы искали, Метались, громко призывали, Однако всё по пустякам. Людмила ими забавлялась: В волшебных рощах иногда Без шапки вдруг она являлась И кликала: «Сюда, сюда!» И все бросались к ней толпою; Но в сторону — незрима вдруг — Она неслышною стопою От хищных убегала рук…Народ смеялся. Они переживали за княжну. А когда колдун обманом поймал ее, некоторые девушки всхлипнули. У Эмиля заиграли желваки на скулах.
— Не, реально урода горбатого нужно рубить в капусту.
…О страшный вид! Волшебник хилый Ласкает сморщенной рукой Младые прелести Людмилы; К ее пленительным устам Прильнув увядшими устами, Он, вопреки своим годам, Уж мыслит хладными трудами Сорвать сей нежный, тайный цвет, Хранимый Лелем для другого; Уже… но бремя поздних лет Тягчит бесстыдника седого — Стоная, дряхлый чародей, В бессильной дерзости своей, Пред сонной девой упадает; В нем сердце ноет, плачет он, Но вдруг раздался рога звон…Александра передернула плечами.
— Фу, какая мерзость! Старый козел!
Похоже принцесса на себя примерила это, представила как к ее чувственным губам прижались вялые уста уродливого старика и морщинистые руки касаются ее груди. Александр еще раз вздрогнула от отвращения.
— Нет, урода, точно нужно рубить! — это уже Эмиль.
— Что ты все рубить и рубить! — ответила ему раздраженно Алиса.
— А чего еще, может ему кошелек золотых отвалить?
— Ладно, мои друзья, не ругайтесь, слушаем дальше! — примирительно сказал я.
…Ax, как мила моя княжна! Мне нрав ее всего дороже: Она чувствительна, скромна, Любви супружеской верна, Немножко ветрена… так что же? Еще милее тем она. Всечасно прелестию новой Умеет нас она пленить; Скажите: можно ли сравнить Ее с Дельфирою суровой? Одной — судьба послала дар Обворожать сердца и взоры; Ее улыбка, разговоры Во мне любви рождают жар…Глядел на Александру. Она покраснела. Смотрит неотрывно.
…Блажен, кого под вечерок В уединенный уголок Моя Людмила поджидает… …Руслан. Он, местью пламенея, Достиг обители злодея. Уж витязь под горой стоит, Призывный рог, как буря, воет, Нетерпеливый конь кипит И снег копытом мощным роет. Князь карлу ждет. Внезапно он По шлему крепкому стальному Рукой незримой поражен; Удар упал подобно грому; Руслан подъемлет смутный взор И видит — прямо над главою — С подъятой, страшной булавою Летает карла Черномор…— Ну, все, Руслан урода точно изрубит. Вот сволота, сверху подлетел! Руслану точно алебарда нужна, насадил бы гнома на острие и все дела.
— Да помолчи ты! — шикнули на Эмиля дамы.
…Шумя летит на князя снова. Проворный витязь отлетел, И в снег с размаха рокового Колдун упал — да там и сел; Руслан, не говоря ни слова, С коня долой, к нему спешит, Поймал, за бороду хватает, Волшебник силится, кряхтит И вдруг с Русланом улетает…Александра смотрит на меня тревожно. Мнет в руках платочек.
…От напряженья костенея, Руслан за бороду злодея Упорной держится рукой. Меж тем, на воздухе слабея И силе русской изумясь, Волшебник гордому Руслану Коварно молвит: «Слушай, князь! Тебе вредить я перестану; Младое мужество любя, Забуду всё, прощу тебя, Спущусь — но только с уговором…» «Молчи, коварный чародей! — Прервал наш витязь: — с Черномором, С мучителем жены своей, Руслан не знает договора! Сей грозный меч накажет вора. Лети хоть до ночной звезды, А быть тебе без бороды!»…