ЕГЭ он сдал не то, чтобы блестяще, но неплохо, документы подал в электронном виде, получил по почте уже финальное приглашение, и вот теперь ему не терпелось взглянуть на место, где предстояло провести следующие пять лет.

Зубцов оказался городком почти сплошь одноэтажным, утопающим в зелени. Кирилл катил чемодан по разбитой дороге, разглядывал окружающие дома и наслаждался теплым солнечным днем, в котором, тем не менее, уже чувствовалась подступающая осень.

Его переполняли два разнонаправленных чувства. С одной стороны пузырилась волнующая радость от обретенной свободы, словно у человека, которого выпустили из тюрьмы, причем досрочно. С другой – чем ближе он приближался к месту, откуда его должен был забрать «шаттл» (так было написано в приглашении), тем острее становилась смутная тревога. Как будто этот «шаттл» увезет его в какой-то совершенно незнакомый мир, из которого уже нельзя будет вернуться.

Оба эти чувства, наверное, совершенно обычны для человека, впервые вылетевшего из родительского гнезда и отправившегося учиться в другой город. Но у Кирилла имелись свои причины как для радости, так и для опасения.

Он вспоминал разговор с Николаем Всеволодовичем. «Деструктивный культ», «промытые мозги»… что он имел в виду? Может быть, хотел просто напугать? Да вот делать нечего этому солидному и, кажется, занятому человеку, кроме как встречаться с незнакомым ему школьником, только чтобы его напугать. Нужно было держать ухо востро – это ясно.

Остановился он возле воинского мемориала с бетонной стелой, куда, если верить приглашению, через полчаса должен был подкатить первый «шаттл» до института. Отсюда открывался вид на две сливающиеся неширокие речки: только благодаря карте в телефоне Кирилл узнал, что одна из них, оказывается, Волга. Он облокотился на ручку чемодана и стал смотреть на открывающийся пейзаж.

– Привет! Ты тоже в институт?

Он обернулся. Голос принадлежал полненькой темноволосой девушке в очках и черной футболке. В руках она держала надкушенный пирожок, видимо, купленный в соседнем ларьке.

Кирилл кивнул.

– Ну, слава богу! А я уж думала, что не туда пришла. Представляешь, стою тут полчаса, никого нет.

– Так ты рано просто, – сказал Кирилл, рассматривая ее. По виду в ней не было ничего необычного. Впрочем, а что необычного он ожидал увидеть. Рога? Крылья? Хвост? В конце концов, он и сам выглядел, как обычный компьютерный задрот.

– Я Соня, – она протянула ему пухлую маленькую ладошку, которую он с некоторым удивлением пожал и тоже представился. – Ты как в этот институт попал?

– Ну, я получил приглашение по мылу. Разве не все так сюда попадают?

– Да я тоже, это понятно. Но почему тебе его прислали? Меня вот нашли на олимпиаде по программированию. Какой-то мужик в очках с каменным лицом сидел все два часа и смотрел, как мы кодим. А когда закончили, он подошел сперва ко мне, а потом к еще одному парню и сказал, чтобы мы ждали приглашения. Причем, самое интересное знаешь, что?

Кирилл вопросительно поднял глаза.

– Олимпиаду-то мы с тем парнем оба продули. Я его потом в ВК нашла, специально спросила. Он пригласил не тех, кто выиграл, понимаешь? Но и не всех, кто проиграл. Непонятно.

– Нет, я на олимпиаде ничего такого не видел. Я в этом году вообще не участвовал. К ЕГЭ готовился и вообще…

– А как тебя тогда выбрали?

– Понимаешь, однажды мне приснился странный сон… и… – он вдруг смутился. Не рассказывать же ей про гигантскую сороконожку и парня с призрачным лезвием. Но раз уж начал про сон… – и, короче, я увидел в нем человека, который сказал, что мне нужно учить какой-то Протолан. А потом я получил приглашение. Вот.

– Вау! Если ты не врешь, то это очень круто. Я так сразу заподозрила, что с этим институтом что-то не так.

Кирилл подумал, не сказать ли ей, что у него гораздо больше причин думать, что «что-то не так». Но решил промолчать. В конце концов, разговор с Николаем Всеволодовичем точно был не из разряда тех вещей, о которых стоит рассказывать первому встречному.

Как их компании присоединились еще двое неразговорчивых парней к тому времени, как подкатил «шаттл» оказавшийся неприметным стареньким «Пазиком», в салоне которого пахло дермантином и бензином. Меланхоличный небритый водитель проверил у всей компании билеты, после чего махнул рукой: дескать, устраивайтесь. Минут пять спустя автобус двинулся по залитой солнцем улице к выезду из города.

По шоссе они ехали около получаса, а затем, шаттл свернул на неприметную грунтовку, терявшуюся среди деревьев. А минут через десять бесконечной тряски перед ним возник какой-то огромный купол зеленого цвета, словно на его фоне кто-то собирался снимать фантастическое кино.

Водитель и не подумал перед ним тормозить просто поехал в стену купола, так что Соня даже вскрикнула, видимо решив, что они разобьются. Кирилл и сам дернулся.

Однако вместо того, чтобы разбиться о зеленую стену, машина просто проехала сквозь нее. Изнутри купол оказался полностью прозрачным. Его вообще не было видно, только небо и лес, на фоне которых лишь изредка можно было заметить зеленоватые искорки.