А так не бывает… к сожалению.

– Ярослав, сейчас мы вернем вам доступ к пыли и подключим к внутренней сети. Пока что провернем это без отключения от аппаратуры и посмотрим, произойдут ли какие-нибудь изменения.

– Валяйте, – с долей нетерпения произнес я.

В какой-то степени Антония была права – меня действительно немного ломало от отсутствия ранговой пыли. Это как голым на улицу выйти – возникает стойкое ощущение незащищенности.

– Доктор Миленкович, доктор Малик, прошу внимательно следить за показателями. Если мы упустим хотя бы малейшую деталь, это может отразиться на всем эксперименте.

Парочка сосредоточенно кивнула и взяла в руки планшеты. В это время старик подошел к одной из стен и провел рядом с ней рукой. Тут же показалась выемка из которой плавно выехал небольшой тубус.

– Готовы?

Я кивнул.

Как только старик открыл крышку, все изменилось. Еле тлеющее в груди пламя разгорелось с такой силой, что я всерьез испугался его физического появления в палате. Но нет… помимо встревоженных лиц докторов, ничего не обычного не было.

Закрыв глаза, сделал легкое движение рукой, призывая пыль подлететь к своему хозяину. Возникло ощущение, что я чувствую каждую пылинку. Совсем недавно одновременное управление десятью беспилотниками казалось мне очень сложным, но сейчас… все было иначе. По-другому и не сказать. Я был на сто процентов уверен в том, что смогу контролировать сотни воронов одновременно. И это только начало…

– Ярослав… как вы себя чувствуете? – послышался обеспокоенный голос Н’гле.

– Превосходно..... – улыбнувшись, ответил я. – Доктор Миленкович, вы сказали, что нужно провести промежуточные тесты?

Удивительно, но женщина не ответила сразу. Вместо этого она уставилась на меня и словно пыталась что-то сказать.

– Антония? – Малик потрепал ее за плечо.

– Да.... да.... – она встряхнула головой. – Вы не почувствовали ничего необычного?

– О чем это вы? – не понял доктор Н’гле.

– Его голос, он… – женщина никак не могла понять, что именно с ней произошло. – Он будто изменился.

Врачи переглянулись и, заметив недоумение на лицах друг друга, покачали головой. В это время я вовсю наслаждался новыми ощущениями. Пыль действительно была неотъемлемой частью меня. И если после проведения тестов врачи попробуют ее отобрать, им сильно не поздоровится.

– Ярослав, скажите что-нибудь.

– Что именно, доктор? – добродушно спросил я.

Женщина отступила на шаг и испуганно сглотнула.

– Неужели вы не слышите.... – тихо спросила она. – Как такое возможно… он невероятен....

– Так… доктор Миленкович, вероятно вы немного переволновались, поэтому вам надо сходить ополоснуться. А мы с доктором Маликом проведем все необходимые тесты.

Антония что-то пискнула в ответ и пулей выбежала из палаты. Впервые вижу ее такой. До этого момента она представлялась мне женщиной жесткой воли и характера. А тут чего-то расклеилась. Странно.... впрочем, в данный момент меня это не особо волновало.

– С чего начнем, док?

Последующие несколько часов ушло на то, чтобы заново собрать мои анализы, а так же провести ряд тестов. Я с легкостью пробежал двадцать километров на максимальной скорости, хотя еще утром опасался совершать легкую пробежку. Без труда выжал стопятидесятикилограммовую штангу, хотя еще несколько дней назад с усилием держал самый обычный стакан. Тот же результат ждал меня и во время прохождения других физических тестов.

В общем, объединение с пылью действительно сработало – я чувствовал невероятный заряд бодрости и готов был сворачивать горы. Но, как выяснилось, была одна существенная проблема.

– Доктор Н’гле, посмотрите… – Малик подошел к старику и показал ему что-то на планшете.

– Амар, может хватит перестраховываться? – бодро спросил я. – Чувствую себя превосходно!

– Боюсь, что на этот раз опасения доктора Малика имеют основания, – мрачно произнес главврач больницы.

Я разочарованно выдохнул, так как был практически уверен в том, что мое пребывание в этой клинике подошло к концу.

– Что там?

Доктор подошел ко мне и показал на планшет.

– Видите этот график? Оно отображает интенсивность саморазрушения вашего организма. Чем хуже показатели, тем выше прямая.

– А можно как-нибудь попроще? – взмолился я.

– Хорошо… когда вы находитесь в состоянии покоя, организм пребывает в нормальном состоянии. Но стоит вам начать применять пыль или подвергнуться нагрузкам, как линия резко летит вверх…

– Хотите сказать, что при отключении аппаратуры я смогу нормально жить только в случае полного покоя?

– Мы не знаем… другой график показывает, что при взаимодействии с пылью ваша регенерация тоже кратно усиливается.

– Иными словами, тесты ничего не дали, и нам все равно придется проводить рискованный эксперимент?