– Давайте.

Чайник притащил Литюк. Он его вынул из своего необъятного рюкзака, когда все готовились к короткому ужину. Сам сбегал к ручью за водой. Юргис, помнится, похвалил его тогда: «Молодец, Игнат Иваныч. Никто из нас не догадался прихватить с собой даже элементарного котелка, а ты сообразил».

Вода в чайнике зашумела. Огонь ласкал закопченные бока. Очень скоро внутри забулькало, забурлило. Юргис снял чайник с костра.

– Давай кружки.

Сергей поискал их глазами. Увидел: на траве у бревна, две эмалированные. Видимо, Айкиз с Алексеем тоже чаевничали. В одной из них даже остались листья заварки. В обычной ситуации Сергей бы побрезговал пить из посуды, которой кто-то пользовался до него и не помыл. Но сейчас он просто вытряхнул под ноги то, что вытряхнулось, и подставил обе. Юргис наполнил их.

От горячего чая стало тепло. Сергей, наконец-то, согрелся. Даже вспотел. Юргис сидел молча, медленно потягивая из кружки, не отрывая взгляда от костра.

– Юргис Пранович, – прервал молчание Сергей. – Почему вы меня все время называете студентом?

Юргис медленно повернул голову к Сергею.

– Не нравится? – спросил он.

Сергей в ответ кивнул.

– А я думал, тебе безразлично. Тебя все называют, и ты откликаешься. Значит, ты еще не вырос из студента. – Он немного помолчал. – Мало закончить вуз. Надо доказать, что ты уже профессионал, что-то из себя представляешь. Есть люди, которым уже лет сорок, а то и больше, а они так и не выросли. Так и остаются вечными студентами.

– И я, по-вашему, тоже еще не вырос?

Юргис внимательно посмотрел на Сергея, будто хотел его хорошенько изучить.

– Ты докажи, что уже вырос. Пока только одни глупости совершаешь.

Сергей вспомнил случай с медведицей и его передернуло. А еще в памяти всплыл тот вечер, когда он пошел к Женьке отмечать его диплом. Не глупость ли это? И что толку, что он вспоминал моментами о Лене, это не помешало ему надраться до чертиков и подвести ее. А она же потом дала ему шанс исправиться. Их ужин в ресторане должен был состояться сегодня вечером, а вернее уже вчера – вечер остался в прошлом. И он так и не предупредил Лену, ничего не сказал ей о том, что отправился искать отца. Что она думает о нем? Наверное, то же самое, что думают о нем другие – студент, вечный и неотесанный, младенец, не выросший из пеленок, желторотый птенец, не познавший жизнь.

***

Надежда не спала, когда полог палатки приоткрылся и прозвучал голос Алексея: «Ты не спишь?»

Она ждала его. Еще перед ужином они договорились, что Алексей придет к ней после дежурства. Она хотела этого и боялась. А после подслушанного разговора у нее появилось непонятное чувство досады. Конечно, она допускала, что у Алексея могла быть своя личная жизнь. Там, за пределами тайги, в его родном Усть-Куте. Но неужели это обстоятельство могло помешать им? Вдруг эта экспедиция не случайна, и им суждено было встретиться именно здесь?

Мысли переполняли Надежду. От лютого негодования до огромного желания забыть все то, что она услышала. Она задремывала и снова просыпалась. Зажигала экран телефона, чтобы посмотреть время. Потом снова проваливалась в сон, но совсем ненадолго.

– Нет, не сплю, – ответила она.

Алексей поднял полог выше, заслонив собой слабый свет костра, и влез в палатку.

– Отдежурили.

Надежда села и подобрала колени, обхватив их руками. Он опустился рядом. Пахнуло дымом и мазью от комаров.

– Ждала меня?

Его глаза блестели в темноте, и слышалось тяжелое дыхание.

– Алексей, скажи, ты женат?

Он будто перестал дышать. Его неясный силуэт замер.

– К чему такие вопросы? – спросил он после долгой паузы.

– Потому что я хочу знать правду.

– Это разве имеет значение?

– Да, имеет. И именно сейчас.

Глубокий вдох рядом.

– Ну, хорошо. У меня есть жена.

– А дети?

– Я обязан отвечать?

– Как хочешь.

Он замолчал. Его большая шершавая ладонь легла на ее кисть. Она отдернула руку.

– Ну, хорошо. У меня двое детей. Сын и дочь. Но пойми, сейчас это совсем не имеет никакого значения. Неужели мы не можем доставить друг другу удовольствие, подарить минуты наслаждения?

– Имеет значение, – повторила она. – Ты почему сразу ничего не сказал? Почему позволил мне влюбиться в тебя? Подумал, что я легковерная дурочка, которую можно обвести вокруг пальца? Которую можно поматросить и бросить?

– Надь, ты чего? Мы же ни о чем таком не договаривались. Мы же свободные люди. Встретились, сделали друг другу приятно и разъехались. Никаких обязательств.

– Особенно ты свободен, – она зло посмотрела на него, пытаясь поймать его невидимый взгляд.

– Я не свободен только дома. А здесь, в тайге – я волен делать все, что захочу.

От его слов Надежде стало страшно. Ведь он, действительно, если захочет, сделает с ней все что угодно. Она втянула в себя воздух и с силой выдавила:

– Уходи! Не хочу тебя видеть.

Воцарилось молчание. Тишину нарушало лишь его тяжелое дыхание. Она сжалась, ожидая его ответных действий, готовая оказывать сопротивление. Но ничего не происходило. Рядом зашуршало, послышалось кряхтение, и его темная фигура поднялась. Открылся полог, впустив в палатку отблески костра. И Алексей, не говоря ни слова, вышел.