"Но почему это должна быть именно она? Разве ты еще не наелся ею досыта?"

Хасан неслышно хихикнул.

"Мудро сказано: "Будьте скромны, и овсяные лепешки каждый день будут вам вкуснее, чем райские кущи".

"Не понимаю, как ты не устаешь от ее самодовольного невежества!"

"В таких вопросах молочная кожа и розовые губы перевешивают даже самую глубокую эрудицию".

"Однажды ты сказал мне, и я прекрасно помню это, что за те три месяца, что мы были вместе, ты узнал больше, чем за предыдущие десять лет".

"Обучение подходит молодости, а удовольствие от обучения - старости".

"Но скажите, что именно в ней вас привлекает?"

"Не знаю. Может быть, какое-то смутное сердечное родство".

"Ты говоришь так, чтобы причинить мне боль".

"Мне это даже не пришло в голову".

"Еще хуже!"

"О, прекрати. Проводишь старость в ревности?"

"Что ты сказал? Я, ревнивая? Апама, жрица любви, перед которой пали на колени три принца, семь законных наследников, будущий халиф и более двухсот рыцарей и дворян? Апама ревнует? Да еще к такому мужлану, к такой крещеной шлюхе?!"

Ее голос дрожал от ярости.

Хасан заговорил с ней.

"Моя дорогая, те времена прошли. Это было тридцать лет назад, а сейчас у тебя во рту нет зубов, в костях нет плоти, в коже нет сочности..."

Она начала всхлипывать.

"Ты думаешь, тебе лучше, чем мне?"

"Не дай Аллах, чтобы я подумал что-нибудь подобное! Разница между нами только в этом: Я стар и примирился с этим. Вы тоже стары, но скрываете это от себя".

"Ты пришел сюда, чтобы посмеяться надо мной".

По ее щекам катились крупные слезы.

"Вовсе нет, старушка. Давайте будем мудрыми. Я послал за тобой, потому что мне нужны твои навыки и опыт. Ты сама только что сказала, что я спас тебя от нищеты, пригласив в свой замок. Я даю тебе все, что ты хочешь. Я всегда ценил в людях только то, что выделяет их среди других. Поэтому я глубоко восхищаюсь вашими познаниями в искусстве любви. Я заявляю о своем полном доверии к вам. Чего же вы еще хотите?"

Она почувствовала себя тронутой и больше не плакала. Хасан тихо засмеялся про себя. Он наклонился к ней и прошептал на ухо.

"Ты все еще хочешь...?"

Она резко посмотрела на него.

"Я ничего не могу с собой поделать", - сказала она и прижалась к нему. "Вот такая я".

"Тогда я пришлю тебе здорового мавра".

Оскорбленная, она отстранилась от него.

"Ты прав. Я слишком уродлива и слишком стара. Это просто невероятно больно, что столько красоты ушло навсегда".

Хасан поднялся и бесстрастно произнес.

"Подготовьте павильоны к приему гостей. Почистите и вымойте все. Следите, чтобы девочки не болтали и не тыкались в вещи. Школа уже закончилась. Скоро произойдут великие события. Ждите меня завтра. Я дам вам точные инструкции. Есть что-нибудь, что вы хотели бы?"

"Нет, мой господин. Спасибо. Вы уверены, что не хотите попробовать другую?"

"Нет, спасибо. Спокойной ночи!"

Мириам вернулась в свою комнату с тяжелым сердцем. То, что Хасан рассказал ей вечером, оказалось слишком сложным для быстрого восприятия. Она чувствовала, что здесь действует страшный интеллект, для которого все вокруг - люди, животные, неживая природа - лишь средство для осуществления каких-то мрачных замыслов. Она любила этот дух, боялась его и мало-помалу начинала презирать. Она почувствовала сильную потребность разрядиться, обменяться хотя бы несколькими словами с существом, лишенным зла. Она подошла к кровати Халимы и стала наблюдать за ней сквозь полумрак. Ей показалось, что та лишь притворяется спящей.

"Халима!" - прошептала она и присела на край кровати. "Я знаю, что ты притворяешься. Посмотри на меня".

Халима открыла глаза и откинула одеяло с груди.

"Что это?" - робко спросила она.

"Ты умеешь хранить секреты?"

"Конечно, могу, Мириам".

"Как в гробнице?"

"Как в гробнице".

"Если бы они узнали, что я рассказал тебе, то получили бы обе наши головы. Войска султана осаждают замок..."

Халима вскрикнула.

"Что с нами будет?"

"Шшш. Тихо. Саидуна присматривает за нами. Отныне любое неповиновение означает смертный приговор. Нас ждут тяжелые испытания. Так что знайте: кто бы ни спрашивал, вы никому не должны говорить, где мы и кто мы".

Она поцеловала ее в обе щеки и забралась в свою постель.

В ту ночь никто из них не сомкнул глаз. Мириам казалось, что в ее голове вращаются горы. Весь мир находился на острие ножа. В какую сторону он склонится в ближайшие дни?

Халима задрожала от восторга... Каким чудесным приключением была вся эта жизнь! Турки осаждали замок, а Сайидуна защищала его от них, и никто ничего не видел и не слышал. И все равно их подстерегала великая опасность. Как все это было таинственно прекрасно!