— Да просто та фраза, которую ты произнёс… Нет, слова правильные, но собранные в одном предложении, звучат, как минимум непривычно, — протянул Роман. Но, прежде, чем Франц сумел ответить, раздался звук выстрела. — Чёрт, вот куда они торопились? — сквозь зубы процедил Роман и бросился бежать в направлении выстрелов.

Выругавшись сквозь зубы, Франц крикнул.

— Бегом! — и побежал вслед за Романом. Если это был своего рода экзамен, то он его доблестно заваливал, и от этого настроение у капитана не улучшалось.

Когда раздался первый выстрел я бросился бежать к дедам, которые решили погеройствовать. Боль и жжение в раненных пальцах усилилась. Бросив взгляд вниз, увидел, что кончики пальцев светятся. Похоже, я непроизвольно призвал магию. Только этого мне, если честно не хватало. Я не слишком-то понимаю, как она вообще во мне зарождается. Сергей вон, понял уже гораздо больше меня. Во всяком случае, он не жжёт всё подряд, может вполне осознанно огонь вызывать. А с дедом вообще не понятно что творится. У меня же какие-то блуждающие молнии. Электро, бляха муха, на минималках.

И тут я выскочил на поляну. Сразу стало не до раздумий. Сергея видно не было, выстрелы раздавались откуда-то сбоку справа. А вот дед стоял на краю полянки и методично стрелял во всё, что движется. Рядом с ним стояли три симпатичных ледяных статуи, поражающие своей реалистичностью. На щеке у него красовалась глубокая царапина. Наверное, хотел поговорить. Но, разговор не задался и пришлось действовать.

Жжение в пальцах стало просто невыносимым. Я в который раз посмотрел на руку и содрогнулся. Кончики пальцев светились и казалось, что они сейчас полыхнут изнутри. Особенно плохо дело было на раненных пальцах. Внезапно я понял, что, если вот прямо сейчас никуда не скину скопившийся во мне огонь, то действительно рискую сгореть к чёртовой матери.

Прямо на меня в это время неслись трое оставшихся в живых гремлина. Я направил руку в сторону самого шустрого и мысленно приказал разрывающей меня изнутри молнии лететь прямо в оскаленную, перекошенную от злобы пасть, полную мелких острых зубов.

И тут я увидел, что они несутся, не разбирая дороги, и вот-вот попадут все трое на нужный мне клочок земли. Ветвистая молния сорвалась с пальцев и понеслась прямо к цели. Это было довольно странно видеть её не падающую с грозового неба, а бьющую сбоку. Настолько странно, что деды перестали стрелять, хотя нападавших на меня было трое. Жжение в пальцах прекратилось, и я потянулся за мечом, но тут молния как раз долетела до цели. Всё произошло очень быстро. Я уже подумал, что ошибся, когда заискрился только один из них, но тут увидел, как молния разделилась, окутав мощными дугами всех нападающих скопом. Они рухнули на землю в тот самый момент, когда ко мне подбежал капитан.

Надо отдать ему должное, физическая подготовка у парня была вполне на уровне. Не понятно только, почему они в таком случае так сильно задержались.

— Надо полагать, что в нашей помощи вы не нуждаетесь, Александр Борисович, — медленно произнёс капитан Келлер, не отводя взгляда от трех уродцев, по телам которых всё ещё пробегали единичные разряды.

— Почему же не нуждаемся, — дед подошёл ко мне. Я заметил, что у него на лбу капли пота. И сразу же отвёл взгляд, чтобы не привлекать внимание к тому факту, что заморозка этих уродцев далась ему нелегко. — Нужно всех этих в кучу собрать, да хворосту натащить. Чтобы поминальный костер организовать.

— Зачем? — капитан наморщил лоб.

— Что значит, зачем? А вы что, когда прорывы зачищаете, оставляете тела — вот так валяться и гнить? — дед посмотрел на Франца недоумённо.

— Нет, ну, почему же, — я обратил внимание, что он очень осторожно вытер ладонь о штанину. Почему он нервничает? За кого он нас принимает? — Чаще всего отдаем магам и алхимикам на опыты. Иногда целители забирают. Они и утилизируют останки. — Капитан перевёл взгляд на зелёные оскаленные морды. У которых даже посмертная маска отражала безумную злобу и ненависть, которую они к нам испытывали при жизни. — Вы правы, гоблины никому не нужны.

— А раз они никому не нужны… — подсказал дед.

— Собрать трупы в одну кучу! Крафт и Гаусс — собрать хворост и организовать погребальный костёр, — начал отдавать капитан команды.

Я же подошёл к деду поближе. Вскоре к нам присоединился Сергей, вылезший из ближайшего куста.

— Видали? Еще не потерял навык, — и он самодовольно погладил ружейное ложе. — А вы чего такие смурные? — спросил он, глядя, как мы мрачно смотрим на дружинников.

— Я не понимаю, почему капитан такой покладистый. Мы для него никто и звать нас никак. Ну, подумаешь, Охотники. И что? Барон приносил вассальную клятву? Нет, не приносил. О том, что нас по какой-то неведомой причине назначили комендантами этой земли, никому не известно. Да, даже, если и было бы известно, и что? Этой же земли, не баронских владений. Чего-то я не догоняю, — я, прищурившись, осмотрел всех людей на поляне. Мой взгляд остановился на Митяе.

— Ты как, кстати, умудрился троих за раз накрыть? — дед, похоже, задавал себе похожие вопросы и не находил на них ответа.

— Они все вместе в одну лужу наступили, — ответил я рассеянно. — А молния — это всё-таки электрический разряд, если можно так выразиться. А ты, значит, снайперил, — я посмотрел на Сергея.

— Не, это нельзя так назвать. Я и лежку выбрал как попало, да и вообще… С ружьём что ли в снайпера играть? Но проредил я их знатно. Мы вообще еле успели. И то, вон те трое сразу на Саню выскочили. Ему даже пришлось своё ледяное колдунство применить.