На подоконнике завозился Уфф.

— Ты прости меня, — сказал он, — я тут немного поработаю по специальности. Ты мысль о происхождении пленок думаешь уже восемнадцатый раз. Без изменений. Не хочешь ли пойти спать?

Я засмеялся. Да, я определенно шел по кругу. А если и правда по восемнадцатому, то пора заканчивать.

— Ты прав, — признал я. — Пойду. Подумаю об этом завтра. А, нет, уже сегодня, но все равно попозже.

***

Боргер битый час пытался убедить Балакирева, что ему совсем не надо писать отчет о похищенном крокодиле Ильи Бульдегома, ведь крокодил нашелся, не о чем и говорить. И вообще это совершенно идиотская история, о ней надо срочно забыть.

Крокодил Ильи тихо стоял в лаборатории, никого не трогал, когда туда приехало семейство октопусов. Они давно договорились свозить детей, показать им работу Ильи, а, может, и приставить к делу, если получится. Приехали они втроем: мама Октава и юные Октош с Окталью. Дети, раскрыв рот, слушали рассказы Ильи и разглядывали оборудование. А посмотреть было на что. Один только экструдер для изготовления крокодилов, чего стоил.

— К сожалению, не смогу вам показать, как он работает, — оправдывался Илья. — У меня закончился туманный материал, и нового еще не набрали. Но я могу вам показать готовое создание. Ко мне!

И крокодил послушно подошел к Илье. Дальше Илья рассказал всю историю про форму, про земной прообраз — Нилькина, про причины появления третьей пары лап. Семейство Окто только ахало и охало.

— А потрогать его можно? — спросил Октош.

— Можно! — разрешил Илья и скомандовал, — это друг!

Октош погладил крокодила по голове. Крокодил поднял голову и с интересом посмотрел на Октоша.

— А что он умеет? — поинтересовалась Окталь.

— Он умеет всасывать в себя туманных тварей. Мы с Марком придумали механизм, по которому вот это чудесное создание вбирает в себя порождения пещер, а лишнюю воду сбрасывает вниз, чтобы не увеличиваться до бесконечности. Мы думали, что их можно было бы установить в каждой пещере для контроля туманной активности. Но у меня лабораторный экземпляр, а Марк своего гоняет по реальной пещере. Когда окончательно разберемся, сделаем еще. И форму поменяем, сейчас он у нас вот такой шестилапый.

— А он симпатичный! — сказал Октош и продолжил гладить крокодила по голове.

— Да, ничего себе такой, — подтвердил Илья и скомандовал, — вперед!

Крокодил дернулся, Октош от неожиданности стукнул его легким разрядом электричества и одернул щупальце, но крокодилу это никак настроения не испортило и он бодро дошагал до двери.

— Стоять! — остановил его Илья. — Он умеет выполнять несколько простых команд, но он еще и самообучаемый, так что все будет хорошо.

Они еще много о чем успели поговорить, Илья обещал приходить к детям на уроки естествознания, когда школа наконец нормально заработает или хотя бы определится с помещением. Окталь выпросила себе стеклянную мензурку и сама бережно упаковала ее в мягкую бумагу. Ближе к обеду они уехали.

Где-то через час Илья хватился крокодила. Он хорошо помнил, что тот стоял у двери, когда он провожал октопусов, но потом куда-то делся. Илья оббежал всю лабораторию, призывая конструкт вернуться, но это никого не нашел. Подумал, кому бы позвонить. Отцу? Марку? Дяде? И в результате позвонил Боргеру, потому что если есть полиция, то кому еще искать сбежавшие конструкты.

Боргер приехал. Илья сбивчиво объяснил ему функционал крокодила.

— Ты хочешь сказать, — уточнил Боргер, — что вы тут соорудили продвинутую версию туманной твари и теперь она где-то бродит?

— Ну да! Продвинутую! Она управляется.

— Если она управляется, то где она?

— Я не знаю.

— Не могла она испариться под солнцем?

— В принципе могла. Мы не проверяли, за сколько ее растопит.

— А что должно было остаться после нее?

— Управляющие диски из синего золота.

Боргер вспомнил, что у него есть поисковый артефакт, ведь не зря он столько времени проработал с Хансеном, вытащил его из машины, настроил на золото, и они обошли лабораторию и вокруг. Артефакт предсказуемо нашел те диски, которые остались невостребованными с прошлого раза и больше ничего.

Тогда Боргер потребовал рассказать все с самого начала, и тут Илья вспомнил, как Октош гладил крокодила по голове и как стукнул его током, когда испугался.

— Ага, — сказал главный и единственный полицейский Домино. — А ты не думаешь, что он перевел управление твоим крокодилом на себя? Случайно? Как вообще это создание трактует команду «Это друг»?

— Оно не нападает.

— Ладно. Давай съездим в бар к Октору, Октош ведь сейчас там должен быть? Других идей у меня пока нет.

Илья погрузил в машину контейнер для беглеца, и они поехали друг за другом, рассчитывая все-таки найти крокодила где-то по дороге.

Город жил своей жизнью. Магазин «Борис и Ко» вывесил на витрину объявление о новых ботинках с суперустойчивыми подошвами, которые должны были выдержать даже Стекающую пакость. Боргер подумал, что надо сказать ребятам, да и ему самому такие ботинки не помешали бы. Цена неприятная, но, в конце концов, деньги у него есть.

Из столовой Шмидта тянуло чем-то вкусным, а через улицу от нее ремонтировали помещение под магазин, но еще пока непонятно какой.