Я не была уверена, что для самой машины это имело значение. Я начинала думать, что у неё реально есть своё сознание, и она до сих пор сердилась, что я не Тони, её предыдущий владелец. Её тормоза иногда казались ослабшими, а на прошлой неделе, когда пошёл дождь, её дворники решительно отказались работать. Механик, с которым я пообщалась, заверил меня, что машина в идеальном состоянии, и мне просто мерещится, но я всё равно сомневалась.

Из уважения к памяти Тони я собиралась оставить её себе на какое-то время, но её дни сочтены. И всё же я похлопала её по капоту, когда уходила. Я не хотела, чтобы Таллула знала о моих мыслях. Пять недель работы в Отряде Сверхов, и вот я уже отношусь к древней машине, которой самое место на свалке, как к настоящему человеку. Кто знает, до чего я докачусь, если проработаю тут пять лет.

Я помахала Максу, дружелюбному швейцару в отеле по соседству, затем открыла дверь здания Отряда Сверхов. Затем разинула рот. Инстинкт заставил меня вскинуть руки перед лицом, хотя толку от этого не было. Не в том случае, когда в полутора метрах передо мной стоял сатир, который целился мне в голову из заряженного арбалета.

— Бум, — тихонько сказал он. Его длинные уши, торчащие вверх и покрытые мягким золотистым пушком, слегка подрагивали.

Я сердито посмотрела на Кеннеди. Я несколько раз видела его после нашей первой встрече в баре оборотней, когда я выслеживала убийцу Тони. Пусть сатир-алкоголик мне искренне нравился, я вовсе не оценила, что меня встретили в такой манере. Особенно на моей же территории.

— Ты что творишь, чёрт возьми?

Он ответил искренней улыбкой.

— Доказываю свою правоту.

Я опустила руки и сжала их в кулаки.

— Правоту в чём, бл*дь?

— В том, что ты можешь погибнуть, если не научишься лучше защищать себя.

Невероятно.

— Тебя послал Лукас, так?

— Если под Лукасом ты имеешь в виду Лорда Хорвата, то да, — ответил Кеннеди.

Я раздражённо провела рукой по волосам.

— Ты тот сверх, который хотел увидеться со мной?

— Да, — он продолжал улыбаться.

— И ты пришёл не сообщить о преступлении?

— Нет, — его улыбка сделалась шире. — Я пришёл обучить тебя новым навыкам.

Я закатила глаза.

— Я оценила порыв, но у меня нет на это времени.

Он приподнял бровь.

— У тебя нет времени позаботиться о собственной безопасности? Детектив Беллами, я ожидал от вас лучшего, — он опустил арбалет. — Иди сюда, Эмма.

Я невольно ощетинилась.

— Можешь сколько угодно пытаться использовать моё настоящее имя для внушения, Ли Освальд, — рявкнула я, используя его настоящее имя в ответ. — Это не сработает.

Выражение лица Кеннеди не изменилось.

— Я просто проверял теорию. Знаешь, не очень умно выдавать все свои секреты. Ты же не знаешь, можно ли мне доверять.

— Не знаю, — согласилась я бесстрастно. — Но я доверяю себе. Благодарю за предложение обучения, но я справлюсь сама.

— Можно утверждать, что успех в битве — это сломить своего врага без сражения, но мне сказали не принимать «нет» в качестве ответа.

Я заскрежетала зубами.

— Слушай, Кеннеди, я…

— Я освободила твоё расписание на ближайший час, — крикнула Лиза позади сатира. — Он весь твой.

Я мысленно сосчитала до десяти. Затем сказала себе, что путь наименьшего сопротивления часто оказывается самым лучшим… и мне правда нужна помощь с использованием арбалета. Хотя должна ли эта помощь исходить от пропитанного виски сатира, увлекающегося философией — это ещё под вопросом.

— Ладно, — буркнула я. — Но всего на час. У меня дела.

Кеннеди сунул руку под свою кожаную куртку и достал серебряную фляжку с монограммой. Открутив крышечку, он сделал большой глоток.

— Превосходно, — сказал он. — Будет весело.

***

Кеннеди уже освободил пространство на третьем этаже, в помещении, где хранились всё древнее оружие Отряда Сверхов. Он даже затащил манекен вверх по лестнице и поставил его в центре комнаты, чтобы использовать в качестве мишени. Я смотрела по сторонам, когда он протянул мне арбалет.

— Покажи мне, на что ты способна.

Я вздохнула, но подчинилась, осмотрев арбалет и убедившись, что оружие снято с предохранителя и заряжено. Я подняла его и прищурилась, глядя на мишень.

— Погоди, — сказал Кеннеди.

— Что?

— Угол совершенно неправильный. Если ты сейчас выстрелишь, болт пробьёт окно, вылетит на улицу и, вполне возможно, убьёт кого-нибудь по неосторожности. Думаю, твоим друзьям-копам это не понравится.

— Как ты можешь определить угол с того места, где стоишь?

— Я занимаюсь этим очень долгое время. Ты удивишься.

Я хмыкнула; в последнее время меня мало что удивляло. Я скорректировала положение арбалета и снова прищурилась.

— Подожди.