Испуганный голос стражника исчез, но я отчётливо продолжал слышать его торопливые шаги вниз по лестнице. Через минуту загремел засов и маленькая калитка, сделанная прямо в воротах, слегка приоткрылась. В щель просунулась голова подростка лет пятнадцати в большом островерхом шлеме стражника.

Увидев перед собой девочку, страж приободрился, видимо мгновенно забыв про героя.

— А ты чего без хиджаба?

— Нафиг он мне нужен.

— Дык… стыдно с непокрытой головой.

Подойдя в плотную к двери, я легко открыл её, несмотря на то, что юный стражник пытался упираться.

— Так ты герой?

Сделал гениальный вывод сопливый привратник.

— Ага.

— Ну тогда я тебя должен записать в специальную книгу. Указ наместника.

Важно добавил мальчишка. Скептически осмотрев тонкую долговязую фигуру, на которой, кольчуга болталась как на вешалке, кивнул.

— Ну если должен, то записывай.

Вместе со стражником, что почему-то в одиночку стоял на воротах, мы прошли в сторожку, где на столе лежала огромная амбарная книга.

Почесав тонкую шею, мальчишка достал чернильницу и обгрызанное перо.

— И так, приступим.

Явно кому-то подражая, произнёс страж, неожиданным басом, но посредине фразы голос сломался и дал «петуха».

Смутившись юный страж правопорядка скосил на меня глаза и покраснел.

— Как твоё имя, если есть прозвище, то его тоже нужно? Из какой семьи происходишь?

Какой у тебя ранг и ступень? Состоишь ли ты в Гильдии Охотников?

Начал забрасывать меня вопросами мальчишка.

— Я из благородной семьи Ибари. В гильдии состою, уже третий год. Зовут меня Элина Себоне.

Начал я обстоятельно отвечать на вопросы.

— Прозвище Элина Великолепная.

Перо в руках мальчишки затряслось и перестало записывать.

— Но злые люди иногда зовут меня Элина Кровавая.

Про Эльку Мясорубку, я решил не говорить.

— Имею золотой ранг и думаю вторую или третью ступень.

Бледный страж давно уже ничего не записывал и словно каменное изваяние сидел за столом боясь шевельнуться.

— Ггг… Госпожа, пожалуйста не убивайте меня.

Голос мальчишки задрожал и оборвался. Я не мог отказать себе в удовольствии, подойти к пацану и положить ему руку на шею, от чего храброго привратника буквально заколотило.

— Тебя как зовут?

Спросил я ласково, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно мягче.

— Югит госпожа.

Дрожащим голосом произнёс мальчишка не смея поднять на меня глаза.

— Я не убиваю просто так Югит.

Произнёс я, стараясь не думать о десятках тысяч людей, что погибли в столице халифата от моих смертоносных талантов. Успокоив Югита, стал расспрашивать, что вообще происходит в городе и почему он один. В итоге выяснилось, что сейчас в городе неспокойно, то и дело происходят стычки черни со стражей иногда это перерастает в масштабные побоища с потерями с обоих сторон. А один Югит оказался, потому, что полусотник Блант, забрал всех стражников на площадь, где сейчас собралась огромная толпа людей с какими-то требованиями к властям, оставив его как самого бесполезного. Хотя Югит мне сказал, что как самого ответственного, но истина проглядывала в испуганных глазах и тонких руках могучего привратника.

— Это семья Хайин воду мутит. После смерти халифа.

На этих словах Югит бросил на меня быстрый испуганный взгляд.

— Они открыли винные склады и раздают вино черни. Уже который день в городе ничего не работает. А народ бузит.

Пожаловался юный стражник. Я благожелательно улыбнулся мальчишке и потрепал его по щеке. Югит смутился, но быстро справившись с собой, неожиданно придвинулся ближе и блестя от любопытства глазами спросил.

— Госпожа, а правду люди говорят, что вы до основания разрушили Великий Город и самолично убили четырёх архимагов.

— Ага, и вашего халифа тоже.

Мальчишка в смятении прикрыл ладонью открытый рот и уставился на меня круглыми от ужаса и восхищения глазами.

— Госпожа, вы самый великий герой из всех существующих!

Оставив своего нового фаната, переживать экзистенциальный ужас, пошёл на площадь, посмотреть что там происходит интересного.

Возмущённый гул толпы я услышал за несколько кварталов до площади, судя по накалу эмоций, отчётливо слышимый в «гласе народа», до «бессмысленного и беспощадного» оставалось совсем немного.

Площадь была буквально забита откровенно пьяными людьми, причём мой зоркий глаз заметил, как в толпе шныряли, какие-то мутные личности, кстати трезвые и постоянно подогревали народный гнев, не забывая щедро делиться вином с самыми агрессивными.

— Эвоно-чо да здеся смена власти назревает.

Мой громкий голос привлёк внимание группы людей стоящих немного в стороне. Судя по броне, скрытой под просторной одеждой и мечам, спрятанных под плащами, отряд здесь находился, не случайно.