Именно такая участь постигла Первый Иллирийский легион, прибывшим первым затыкать прорыв. Тогда твари были слабыми и совершенно не приспособленные к этому миру. Легион быстро продвигался перемалывая неуклюжих уродцев. И почти добрался до портала расположенного на горном плато. Слишком близко. Дыхание Лорда Искажения в одну ночь превратило всех простых легионеров в невообразимых безумных уродов. Ночная мясорубка закончилась, победой немногочисленных выживших героев и нескольких магов. Остальные навечно остались в горах.

На вторые сутки после посещения канцлера, я почувствовал по ту сторону какое-то движение.

«Есть поклёвка».

Затаив дыхание, терпеливо ждал когда очередная жертва подойдёт достаточно близко чтобы надёжно схватить её.

«Пора»!

Выбросив вперёд свои бестелесные хваталки, что есть силы вцепился в добычу и ни теряя ни мгновения рванул на себя стремясь выдернуть бога в реальность. В первое мгновение мне показалось, что я схватил гору, энергетическое тело бога, несмотря на мой могучий рывок, даже не шелохнулось. В следующий миг, я лишился всех своих «рук».

«Мама»!

Взвизгнув от боли, я мгновенно всё понял. Напрягая мышцы на разрыв, бросился из храма прочь. Меньше секунды мне понадобилось, что бы преодолеть звуковой барьер, с громким хлопком моё тело на краткий миг окружило облако(паровой конус или эффект Прандтля-Глоерта), ещё через миг оставив далеко позади облако, я вырвался из города. Позади затряслась земля, но благодаря «липким лапкам» я даже не сбился с шага и не сбавил скорости, только отмахав добрую сотню километров, осмелился оглянуться. Благодаря, тому, что я был на возвышенности, смог разглядеть ответный удар настоящего бога.

Город, как и часть горной гряды, что начиналась в десяти километрах за городом, просто перестали существовать. Благодаря своему сверхзрению, я отлично видел огромную тучу из пыли и длинный титанический рубец в земле, тянущийся на добрых полсотни километров.

— Кажется я себя сильно переоценивал.

Пробормотал я с нервным смешком.

Немного испуганный и потрясённый мощью настоящих богов, поспешил убраться подальше от разлома в пространстве, в который превратилась небольшая червоточина.

«Придётся изыскать другие способы исцеления, ну их нафиг этих богов».

Только пробежав насквозь целую провинцию я окончательно успокоился.

«Если бы этот монстрюга мог меня убить, уже бы убил, а раз я до сих пор жив, значит в этой реальности он меня достать не может».

Убедив себя в безопасности решил остановиться в каком-нибудь придорожном трактире, заесть стресс. Как раз через несколько километров мне попался постоялый двор.

«То что надо».

Общепит с примесью третьесортной гостиницы был самым обычным. Грязный, усыпанный конскими яблоками двор с коновязью и небольшой конюшней в углу. Само здание было двухэтажным, сложенным из толстых, потемневших от времени и непогоды брёвен, маленькие окна-бойницы затянутые бычьими пузырями, завершали унылую картину среднестатистического придорожного кабака. Судя по десятку усталых лощадей у коновязи трактир не пустовал.

Смело толкнув дверь, вошёл в плохо освещённое помещение с низким потолком. Грязные, грубо сколоченные столы, длинная стойка и заплеванный пол убедили меня окончательно, что до столицы отсюда очень далеко. Посредине, за самым большим столом сидела группа хорошо вооружённых мужчин и усиленно работала челюстями. Мой наметанный глаз мгновенно отметил, что вина на столе, только один кувшин.

«Не искатели точно и на наёмников не похожи, я бы сказал телохранители при исполнении, но что-то не видно объект охранения. А это значит, что они везут какой-то ценный предмет».

Из любопытства хотел подойти и расспросить воинов, что везут, но аппетитные запахи донесщиеся из кухни, заставили отложить это дело на потом.

— Хозяин! Жрать неси.

Завопил я богатырским писком. К моему удивлению меня не узнали. Солдаты на мой тонкий вопль сдержанно рассмеялись, а крупный мужчина за стойкой нахмурился.

«А у меня же ещё и денег нет»

Не к месту вспомнил о своём финансовом крахе.

Вздохнув пошёл к стойке, под недовольным взглядом трактирщика взобрался на высокий табурет.

— Хозяин накорми меня, а я буду должна тебе одну услугу.

Мужик побагровел и уже открыл рот, чтобы обрушить на меня, последний в своей жизни поток брани, как был перебит здоровенным солдатом, что следом за мной подошёл к стойке.

— На корми её. Я плачу.

На стойку упала серебрянная монета.

— Спасибо дядя солдат.

Воин потрепал меня по голове тяжёлой рукой и ушёл к своим. Трактирщик недовольно бурча скрылся на кухне и приволок целый котелок вчерашней каши с чёрствым караваем чёрного хлеба.