Пока Герман и Глотов воевали со своими боевиками, бойцы Скатова подавили чеченцев, засадив в дом две гранаты из РПО «Шмель» (ручной, пехотный огнемёт). Затем добили оставшихся в живых боевиков. Отделавшись двумя легко ранеными при штурме дома.

— Блин! Блин! — подпрыгивал рядом с ними Роман, прибежавший сразу, как увидел спокойно вышедших из дома товарищей. — Как вы их, а!.. — до сих пор не отошедший от того, что они ушли без него, а потом раз и куча трупов…

— Неплохо поработали, мужики. Не ожидал от вас! — Скатов рассматривал трупы убитых боевиков, лежавших на земле.

— Ёб! Там же ещё один, — тут вскрикнул Роман, вспомнив о их пленнике, и быстро убежал в сторону, где остался закованный в наручники боевик.

— Будешь осматривать место происшествия? — посмотрел лейтенант на Германа.

— Придётся, — скривился тот, поворачиваясь к Глотову спиной, а тот привычно вытащил из небольшого рюкзака на спине командира папку с документами.

— Герман, мне помощь нужна… Тут эта… Приём! — раздался голос Романа в рации.

— Лейтенант отправь вон туда пару бойцов, — Глотов показал рукой в сторону, куда убежал Титов.

Спустя пять минут, два бойца Скатова в сопровождении расстроенного Романа притащили тело в наручниках и положили его рядом с трупами уничтоженных боевиков.

— Он мертвый! — рядом с телом озадаченно топтался Роман. — Шея сломана.

Тут и медиком не надо быть, чтобы увидеть, что шея лежавшего искривлена, а в месте перелома проступали многочисленные очаги кровоизлияния.

— Да и хер с ним! — Глотов быстро глянул на совершенно бесстрастное лицо Германа, который быстро заносил данные шариковой ручкой в протокол осмотра места происшествия.

— Но ведь живой был?! — недоумевал Роман. — Когда мы уходили, он был живой! — настаивал он.

— Ну может умер от угрызений совести, — Герман нагнулся к одному из трупов, чтобы рассмотреть поближе перерезанное горло и подробно описать его.

— Может свои прибили? — сказал Глотов.

— Какие свои? Никого не было рядом, — не успокаивался Роман.

— Роман, ты ещё поплачь над ним, — не удержался Скатов, только вернувшийся на подъехавшим к трупам грузовике, чтобы забрать трупы и оружие, а тут услышав этот разговор.

— Что с парнями Антона? — вспомнил Герман, оторвавшись от записей.

— Всё нормально! — успокоил его Скатов. — Раненых на моём «УАЗе» увезли. Антон осматривает место происшествия.

— Вот ведь… А чего свободных ребят из «наших» у Самойлова не попросил? Ему передохнуть бы, а он…

— Нету никого, — ответил ему Скатов. — Почти все ребята работают на выездах.

— Понятно. Сами постреляли, сами и осматривайте, — проворчал Герман. — Вечно у нас всё через жопу…

— Слушай, а кто всё-таки того боевика убил, ты как думаешь?

— Роман, а тебе какая разница? — как-то странно посмотрел на него Глотов.

— Ну просто Герман последним уходил… — очень неуверенно начал Роман.

После того как они вернулись, Герман ушел в общий душ, присутствующий на их этаже, правда без горячей воды. И посещение его было достаточно экстремальным, только других вариантов не было. А ходить потным и немытым — не комильфо.

— Рома, я понимаю, гражданская жизнь в жопе играет. Всё в Пинкертона играешь… — хмыкнул Глотов. — А тут война, тут убивают… Один из твоих непосредственных коллег серьезно ранен. Один из наших ребят — охранников убит, а ведь ему всего 21 год… — он укоризненно смотрел на Титова. — Мне пофиг, кто «убрал» этого… Пусть даже и Герман. Я сам бы этого урода «заминусовал», но командир этот грех с души снял…

— Да, но… — Роман всё понимал, но мирная жизнь на «гражданке» всё ещё не давала ему успокоиться.

— Заканчивай, Роман… — Глотов не собирался дальше обсуждать это. — Сдох Максим, а в нашем случае враг — Арби, или как его там… Да и хер с ним!

«Развёл тут, понимаешь, сопли. Ёжику понятно, кто!..» — разложив перед собой части автомата, думал Глотов, спокойно чистил оружие, посматривая на беспокойного Титова: «Сопляк!..»

— Блин! Мужики! Никогда не забуду! — чуть не пускал слезу Антон, сидя за столом в офицерской столовой, вместе с Германом, Глотовым, Романом и оставшихся целыми своими ребятами, попавшими вместе с ним в западню.

Отойдя немного от произошедшего, как-то стихийно все решили собраться в столовой и помянуть погибшего парня из охранной роты, а также выпить за здоровье раненых ребят. Ну и отпраздновать то, что собравшиеся за столом остались в живых.

Пьянка шла капитальная, дым коромыслом… Пар надо было спустить, особенно после такого «приключения», так что Герман не чинясь сказал ребятам выставить пару бутылок водки и коньяка, чтобы расслабились.

Скоро 8 марта, а их следственно-оперативные группы так и продолжают мотаться по окрестностям, в основном фиксируя последствия преступлений, но не сильно продвигаясь в их расследовании. Набирая статистику, если можно так сказать, что Германа и его коллег совсем не радовало. Так как смысла от их работы почти не было, к сожалению. За редким исключение, когда буквально за руку хватали на месте преступления или указывали свидетели. А таких случаев можно было по пальцам пересчитать.