При этих словах Алтея только вздыхала и признавала, что, муж всегда, как водится, прав.

– Но что же нам делать? Переехать в город, где сплошной шум? Да и ….его не продать.

– Да, здесь действительно тихое место, – соглашался тогда Хайлир. – Правда, ходят слухи, что какой-то магнат собирается скупить все земли в этом районе для постройки какого-то развлекательного центра. Не знаю деталей, но если это случится, то мы окажемся в западне. Так что уж лучше бы мы жили где-нибудь в маленькой удобной квартирке неподалеку от института.

– Но, может быть, ничего и не случится. Вспомни, сколько уже было таких разговоров, а все по-прежнему так, как есть. Кроме того, я люблю этот разрушающийся дом, и стану любить его еще больше, если ты укрепишь окна и немножко подкрасишь фасад.

– Я не обладаю такими способностями, – отвечал Хайлир. – Десять лет назад я упал с лестницы, хотя и успел забраться всего лишь на вторую ступеньку…

Словом, Мерривью продолжал жить, как жил, в уединении и… комфорте.

За время своего пребывания в Мерривью Джейро часто уходил обследовать местность позади дома. Поначалу Алтея не разрешала ему ходить так далеко одному, но Хайлир настоял на том, чтобы мальчик гулял, где захочет – естественно, по своей территории: «Что с ним может случиться? Потеряться здесь нельзя, хищников у нас не водится, а джихайлитов [12] мало».

– Он может упасть и повредить себе что-нибудь.

– На него непохоже. Пусть делает, что ему нравится, это повышает самоуважение.

Больше Алтея не протестовала, и Джейро стал бродить, где ему вздумается.

Еще до того, как мать объяснила сыну, откуда произошло название их усадьбы, мальчик уже знал, что Мерривью – это такое сверхъестественное существо невиданной и нежной красоты, похожее на фею, с воздушными волосами и перепонками между пальцев. Если кому-нибудь удавалось поймать мерривью, он мог ущипнуть ее за ушко, и тогда она навсегда оставалась привязанной к тому человеку и служила ему, как рабыня. Сначала Джейро просто верил этой красивой легенде, а потом не видел причин в ней разуверяться. И теперь, гуляя по лесам и лугам, мальчик всегда двигался бесшумно и был настороже.

Южную границу усадьбы Кацвольда составляла цепь холмов, отчасти голых, отчасти покрытых лесом. На середине склона одного из таких холмов на небольшой площадке у ручья под сенью двух огромных смарагдовых деревьев несколько лет назад Джейро построил себе хижину. Тщательно подобранные и скрепленные известкой камни служили стенами, стволы корабельных сосен – балками, а широкие листья сибакса – кровлей. В последний год учебы он даже сделал камин с дымоходом, но неожиданно понял, что хижина маловата, он перерос свою игрушку. Но все же мальчик продолжал приходить сюда, теперь уже не играть, а читать, рисовать на портативном компьютере или делать настоящие акварельки местных пейзажей. А одно время, прочитав странную книжку под названием «Простой и забавный компендиум тысячи и одного узла», тренировался здесь в завязывании декоративных узлов.

Однажды Джейро, как обычно, пришел к хижине и, сев на пол из смарагдового дерева, прислонился спиной к стене, вытянул перед собой сильные загорелые ноги и задумался. На нем были шорты цвета пыли, темно-синяя рубашка, низкие туфли. Книга, которую мальчик взял с собой, и альбом валялись рядом. Он просто сидел и думал о событиях своей странной и беспокойной жизни. Думал о голосе, о психиатрах из Бантон-Хауза, о Фэйтах, уже больше не таких мудрых и непогрешимых. С легкой болью в сердце вспомнил Майхака, так неожиданно покинувшего Галингейл. Впрочем, Джейро не сомневался, что в один прекрасный день снова его увидит – и тогда все объяснится.

Но неожиданно его внимание привлек отдаленный голос, кричавший что-то с чужой стороны холмов. Голос звучал неприятно резко в деревенской тиши, и Джейро с досадой отвлекся от своих грустных мыслей и потянулся к альбому. Мальчик принялся рисовать космическую яхту, одновременно массивную и грациозную, очень смахивавшую на «Фарсан».

Но тут до его ушей донесся новый звук, кто-то карабкался и скользил уже по его склону. Это оказалась девочка – гибкая, подвижная и явно отчаянная, судя по движениям. На ней были темные шорты, полосатая красно-белая футболка с зеленым жакетом и такого же цвета гольфы в комплекте с горными ботинками. Сжав зубы, Джейро не мог не признать в ней Скарлет Хутсенрайтер – тут ошибиться невозможно.

Девочка прыгнула на площадку, перевела дыхание и уставилась на него в упор.

– Выглядишь уж очень спокойным – прямо спишь. Я тебя удивила?

– Даже мне порой бывает нужен отдых, – скривился Джейро.

Скарлет подумала, что, улыбаясь, юный Фэйт выглядит еще привлекательнее. Она глянула на рисунок.

– Что ты рисуешь? Космические корабли? Неужели это единственное, чем занята твоя голова!?

– Я нарисую и тебя, если ты согласишься позировать.

Скарлет надула губки.

– Я надеюсь, в обнаженном виде?

– Было бы хорошо. Но зависит от того, какое впечатление ты хочешь произвести.

– Какая глупость! Я никогда не пытаюсь произвести впечатления! Я, Скарлет Хутсенрайтер – сама по себе впечатление для любого! Так что твое замечание – абсурд.

– Наиболее замечательные идеи всегда поначалу выглядят абсурдно, – усмехнулся Джейро. – Тем более – мои. Что ты здесь делаешь?

Скарлет указала пальчиком на юг.