Дерьмо! Как я, черт возьми, его не узнала? И почему я вообще придумала эту чушь про несуществующего парня?

«Гринч, проклятый зеленый ублюдок! Где тебя носит, когда ты так нужен?» – мысленно бормочу я, пока парень открывает дверь и заталкивает меня в машину.

– Эй, аккуратнее.

Он усмехается и, осторожно прижимая свою ладонь к моему животу, подталкивает меня к спинке сиденья, застегивая ремень безопасности.

Дверь захлопывается, и я вижу его накачанную задницу в одних плавках. Маккейб медленной походкой проходит вокруг машины, поправляя темные волосы.

Господь всемогущий…

Он выглядит как сошедший с Олимпа Бог.

Да, он великолепен в хоккейной форме, но как же он выглядит без нее…

Облизываю губу, наблюдая за тем, как его мышцы четко прорисовываются на загорелой коже, стоит ему потянуться к ручке двери.

Он садится в машину и, обернувшись в мою сторону, хмурит брови.

– Почему ты так смотришь на меня?

Отворачиваюсь и боковым зрением замечаю, что моя грудь просвечивает сквозь черную атласную ткань.

Проклятое бикини!

Складываю руки прямо на груди, вызывая у парня смешок.

– Там не на что смотреть, исчадие ада.

– Завали свое никому не нужное мнение и заводи свою хренову развалюху.

– Это Додж Чарджер «Хеллкэт», – с ноткой недовольства фыркает он.

– Да хоть Бамблби, ангелочек. Поехали уже, наконец.

Брайан усмехается и качает головой, прежде чем повернуть ключ и вжать педаль в пол.

Машина издает громкий рев и срывается с места, моментально набирая сумасшедшую скорость.

Хмыкаю и поворачиваюсь к Маккейбу.

– Забираю свои слова обратно: твоя машина не развалюха.

– Забираю свои слова обратно: у тебя есть, на что посмотреть.

Мы одновременно начинаем смеяться, и через боковое зеркало заднего вида, я замечаю на своих щеках румянец.

– Долго вы были вместе с… – Брайан замолкает, и я вижу, как сжимается его челюсть.

– С кем?

Я знаю, о ком идет речь, но я не хочу это обсуждать. Кусок дерьма с именем Рик заставляет костер в моих мыслях превращаться в долбаный взрыв тысячный раз за эти нескончаемые сутки.

– Не важно, – его голос меняется, он сосредотачивается на дороге. – У тебя есть подруга, у которой ты можешь переночевать? Отец явно не обрадуется тебе в таком состоянии.

– Моя единственная подруга сейчас нежится в лучах любви кучерявого испанца с дерьмовым акцентом.

– Рико хороший парень.

– Сказал еще один «хороший парень», который только что украл девушку с вечеринки.

– Поверь, у меня были абсолютно другие планы на сегодняшнюю ночь. Я не собирался нянчиться с девчонкой, вечно сующей свой зад в неприятности.

– Тебя об этом никто не просил, святой ты говнюк! – рычу я, отстегивая ремень безопасности. – Останови машину.

– Нет, – он нажимает на кнопку, и дверные замки издают щелчок. – Слишком поздно, Ханна. Та малышка в бассейне, с которой я собирался развлечься, явно уже заняла рот другим членом.

– Ты омерзителен!

– А ты стерва.

Он резко тормозит у обочины и поворачивается в мою сторону.

– Ты, наверное, привыкла, что все играют по твоим гребаным правилам, да? Можешь забыть об этом. Как только ты ступила на мою территорию, автоматически подписала контракт о подчинении моим правилам. Уяснила?!

Его дыхание становится тяжелым, взгляд мечется от моих губ к глазам и обратно.

– Значит лед – твоя территория, ангелочек? Хм… – прикладываю палец к губам, прежде чем перейти на ехидный тон. – Так может, свалишь туда прямо сейчас, как хренов пингвин, и оставишь меня в покое?

Во время ссоры я даже не заметила, как близко придвинулась к его лицу. Наши губы всего в нескольких сантиметрах.

Сглатываю и сопротивляясь своему предательскому телу, которое тянет к нему еще ближе. Его запах сочного лайма и прохлады окутывает легкие изнутри. Я целую его, жадно прихватывая нижнюю губу.

Маккейб издает тихий рык, его грудь вздымается вверх и резко опускается вниз. Этому парню явно сносит крышу, так же как и мне. Но когда я снова касаюсь его губ, он резко отстраняется и вжимает педаль в пол, разгоняя машину так быстро, что меня прижимает к сидению.

– Больше никогда не делай этого. Ты не в моем вкусе, Уэндел.

– И не надейся, ангелочек. Это всего лишь действие алкоголя, – фыркаю в ответ и отворачиваюсь к окну, рассматривая, как быстро сменяются придорожные вывески.