Актовый зал старого Дома культуры, плюшевые стулья. Аня, одетая в струящееся бледное платье, прижимая руки к груди, пронзительно читает:

Как живется вам с другою, —

Проще ведь? — Удар весла! —

Линией береговою

Скоро ль память отошла

Обо мне, плавучем острове

(По небу — не по водам)!

Души, души! — быть вам сестрами,

Не любовницами — вам!

Как живется вам с простою

Женщиною? Без божеств?

Государыню с престола

Свергши (с оного сошед),

Как живется вам — хлопочется -

Ежится? Встается — как?

С пошлиной бессмертной пошлости

Как справляетесь, бедняк?

"Судорог да перебоев -

Хватит! Дом себе найму".

Как живется вам с любою -

Избранному моему!

Свойственнее и сьедобнее -

Снедь? Приестся — не пеняй…

Как живется вам с подобием -

Вам, поправшему Синай!

Как живется вам с чужою,

Здешнею? Ребром — люба?

Стыд Зевесовой вожжою

Не охлестывает лба?

Как живется вам — здоровится -

Можется? Поется — как?

С язвою бессмертной совести

Как справляетесь, бедняк?

Как живется вам с товаром

Рыночным? Оброк — крутой?

Полсе мраморов Каррары

Как живется вам с трухой

Гипсовой? (Из глыбы высечен

Бог — и начисто разбит!)

Как живется вам с сто-тысячной -

Вам, познавшему Лилит!

Рыночною новизною

Сыты ли? К волшбам остыв,

Как живется вам с земною

Женщиною, без шестых

Чувств?..

Ну, за голову: счастливы?

Нет? В провале без глубин -

Как живется, милый? Тяжче ли,

Так же ли, как мне с другим. 23

В полумраке, подсвеченная лишь одним софитом, сцена казалась чем-то волшебным. Струна души оборвалась, Аня вложила в стихотворение все силы. Она чувствовала, что между ней и Даней завязалась удивительная история, которая живет не только в этом спектакле. Пыль от красного бархатного занавеса клубилась по полу, он вышел с гитарой, опустился на ступени и заиграл, она пристроилась чуть ниже, около его ног, слушала лирические баллады.

Подруга, наблюдавшая со стороны, видела потрясающее напряжение. Она как заворожённая следила за Аней и ее визави.

— Совсем ничего? — напирала Полина. Она не могла понять, что мешает подруге быть по-настоящему счастливой.

— Да совсем, вот слушай, что было после спектакля. Он проводил меня домой. Мы поднялись в квартиру. Он попросил сыграть ему на фортепьяно. Меня сковало ужасное стеснение. Как будто в первый раз. Мне так хотелось произвести на него впечатление. Эх, вот если бы я играла Оля, то показала бы класс. Ничего кроме вариаций к «Шербурским зонтикам» мне на ум не пришло, — Аня замолчала.

Она вспомнила, как старательно разыгрывала пальцы, они поднимались по клавиатуре, потом резко бежали вниз. Он, в позе глубокого мыслителя, смотрел в окно. Аня жила в высотном доме, на одном из самых верхних этажей. Из ее комнаты открывался вид на город. Под окнами качались голые деревья старого парка, у корней которых прятался пруд, летом там открывался прокат лодок и катамаранов. Сейчас ей казалось, что она слышит, как в такт с музыкой скрипит «Чертово колесо», медленно поворачиваясь, предлагая всем желающим взглянуть на город с высоты птичьего полета. Его белая рубашка, темные кудри, пронзительные голубые глаза- все какое-то нездешнее, словно сошедшее с экрана немой картины. Странное чувство глубокой потери вдруг закралось в Анину душу. — Ты понимаешь, он не смотрел на меня, он даже меня не слушал. Я вдруг поняла- ничего не будет. Отношения с таким парнем не мое, я не могу и не хочу постоянно им восхищаться. Я хочу, чтоб меня любили больше. — Аня сокрушенно закрыла глаза ладонями, — Андрей для этого подходит идеально.