– Хорошо, давай попробуем! Ты уже достаточно взрослая у меня…

На следующий день дома я застал радостную Есения с Олесей за своим круглым столом с зажженными свечами.

– Пап, а Евгения Ивановна замуж выходит! – похвасталась мне дочка.

– Да ну, и за кого же она так быстро?

– А мы только ей «венец» сняли, как тот самый «правнук» сразу к ней дорогу и нашел. Оказалось, он так все эти годы и продолжал ее любить, но из-за «венца» ни отыскать, ни решиться заговорить не мог…

– Умнички мои! Ну, а где же ваша Катерина с своим женихом-неудачником? Будем его из лап кикимор забирать?

– Кикиморы, – поправила меня Олеся. – Она должна уже прийти… Ритуал нужно проводить после захода солнца…

Тут же раздался звонок в дверь, как будто потенциальная новая ведьма ждала нашего приглашения. Я открыл дверь – на пороге стояла Катерина со стеклянным аквариумом в руках. Из аквариума на меня немигающим взглядом смотрела большая бородавчатая жаба.

– Здравствуйте, проходите, пожалуйста, – пригласил я женщину и проводил к своим девочкам.

Олеся поздоровалась и попросила Катерину поставить банку с жабой в центр стола, в окружение свечей.

Мои девочки стали по одну сторону стола и взялись за руки, поставив Катерину напротив себя. Я выключил свет и притаился в уголке комнаты, с любопытством наблюдая за происходящим. Вся ситуация с кикиморой и превращенным женихом меня и пугала и забавляла одновременно.

Олеся с Есенией принялись читать заговор, на этот раз обошлось без ножа и крови. Минут через пять после чтения заговора свечи на столе вдруг стали клониться, как от ветра. Потом раздался громкий хлопок и на столе рядом с аквариумом появилась маленькая девочка со спутанными волосами в мокрой холщовой рубашке.

– Привет, Кика, – улыбнулась девочке Олеся.

– Не отдам! – сразу безапелляционно заявила девчонка и хлопнула худеньким кулачком по столу. Катерина зашаталась и рухнула под стол.

«Обморок!» – констатировал я, но не шелохнулся, чтобы не помешать ритуалу.

– Не торопись ты так, – поморщилась Олеся. – Ну зачем он тебе?

– Да не с кем играть мне, – губы девочки задрожали. – Вы как узнали, что я с ними играюсь, сразу превращать в них перестали, все в козлов да в тараканов теперь… А мне что делать? Там, на болотах, ну скука же смертная! Уже и путники не ходят, не затащишь к себе домой никого! Даже чаю выпить не с кем!

– А давай, я к тебе буду приходить, играться? – вдруг подала голос Есения. Я даже вздрогнул, играться, на болота, удумала чего!

– Правда? – обрадовалась девчонка на столе.

– Да, знаешь, какие у меня игрушки есть? Мам, можно, ну, пожалуйста? – посмотрела Есения на Олесю.

Та улыбнулась в ответ и кивнула на притаившегося в углу меня:

– Только, если папа будет с тобой ходить! Одной маленькой девочке на болотах опасно!

– Да, я ее защищу, ну в самом деле, там же мое царство! – молитвенно сложила ручки кикимора и повернулась ко мне. Есения тоже смотрела на меня просительно. Ну что бы вы делали на моем месте, когда две маленькие девочки просят вас побыть с ними, пока они играются?

Я обреченно вздохнул и согласно кивнул головой.

– Урааа, – закричали девчонки и принялись обниматься.

– Знаешь, какие у меня куклы есть! И мишка! – щебетала Есения.

– А у меня, знаешь какой мишка в лесу, настоящий прям! – вторила ей Кика.

– Так, девочки, потом обсудите, сначала давайте вернем Виталика на место! – перебила девочек Олеся.

– А, да то, пожалуйста, – хлопнула в ладоши кикимора, и возле стола сразу возник бледный молодой человек. Он посмотрел на стол, свечи, Кику, сидящую на столе, и хлопнулся рядом с Катериной.

– Нервные какие! – хмыкнула кикимора, а потом, погрустнев, повернулась к Есении. – А что будет, когда ты вырастешь? Я же – навсегда ребенок…

– Не бойся, Кика, я все равно буду к тебе приходить играться! – пообещал мой жалостливый ребенок. – И вообще, я стану взрослой, и мы обязательно что-нибудь придумаем! Я тебе обещаю!

– Ну хорошо, – согласно кивнула кикимора. – Ладно, мне пора, там болота без присмотра. Приходи играться скорее!

Снова раздался громкий хлопок, и кикимора исчезла.

– Ну слава Богу, – сказал я, включая свет. – Теперь нам нужно думать, что делать с этими, под столом…

– Отлежатся, – отмахнулась Олеся, радостно улыбаясь, и повернувшись к Есении, обняла дочку. – У нас получилось! У нас все получилось!

Катерина пришла в себя минут через пятнадцать. Виталика же пришлось отхлестать по щекам, что с видимым удовольствием и сделала Олеся.

Парень смотрел на нас испуганным, невидящим взглядом:

– Это что со мной было? Почему я не мог говорить, а только квакал?