Николас считал себя хорошим любовником в постели. В чем-чем, а в трахании он был мастером. Любил доминировать и доводить девушку до исступления в постели, наслаждаясь совместными стонами и оральными ласками.

Кэтрин умело удовлетворяла его в постели, за исключением минета. То ли ей не нравилось это делать, то ли не всем дано, но у Кэт всегда выходило из рук вон плохо.

Пах прострелило волной возбуждения, как только Кэтрин провела ловкими пальчиками по шее Николаса, а на том месте, где она прикоснулась, осталась дорожка из россыпи мурашек.

Удивительно, насколько эта женщина вызывала в нем брезгливость и в ту же минуту могла завести его с пол оборота.

– Кэтрин, чего тебе надо? Ты же явно не для извинений сюда меня привела? – как только шарф скользнул с его глаз, догадки Николаса подтвердились. Он обернулся к ней лицом, напряжённо вглядываясь в серые с блеском глаза. – Зачем мы здесь?

– Прощение можно просить по-разному, Ник. – томно прошептала рыжая, облизывая влажные губы. – Если ты помнишь мои предпочтения в еде и шампанском, значит и помнишь, как хорошо было нам вместе. Ты же помнишь? – Кэтрин, как змея, гипнотизировала его лишая воли и заставляя стремительно наливающийся кровью член подергиваться в джинсах. Как только её рука вновь прикоснулась к мужчине в области груди, Ник рвано схватил её за кисть, мрачно оценивая обстановку.

– Поэтому ты привела меня в наш номер? Почему именно сюда? А?
– шипел сковь зубы он.

– С этого началась наша история. – Кэтрин невинно похлопала глазами, а затем скривила миленькое лицо. – Ты делаешь мне больно, Ник, отпусти!

– Ты сделала мне куда больнее, сука! К чему этот фарс? Чего добиваешься?

– Я говорила…

– Это вранье! – перебил её Ник. Желваки на лице мужчины забегали, как быки по радео, ноздри расширились, а глаза налились яркостью. – И ты прекрасно это понимаешь? Я повторю крайний раз свой вопрос. Какого хрена тебе надо, Кэтрин?

– Я правда соскучилась! Честно, Ник! ЧЕСТНО! – Кэтрин в отчаяние кинулась на шею мужчине и уткнулась носом в шею, шумно втягивая аромат его кожи. – Боже мой, Ник! Я до сих пор люблю тебя!

Он стоял, как по струнке, не отвечая взаимностью, но и не отталкивая, сомневаясь.

А вдруг говорит правду?

Можно ли ей верить?

Или это вновь отличная игра рыжей стервы?

– А может тебя просто давно хорошенько не трахали? Ммм??? – сейчас Николас вновь стал похож на того человека, каким был в отношениях с бывшей. – Может взять тебя как прежде, чтобы ты встать не могла? Отодрать тебя, Кэтрин? Ты этого хочешь?

Девушка на секунду замерла, как лань перед хищником, затаив дыхание. А затем очень тихо ответила дрожащим от желания голосом.

– Да… Я хочу… Хочу быть твоей… Я все сделаю!

– Всё? Уверена? Даю секунду подумать.

– На всё…

– Тогда раздевайся. Стащи с себя эти грязные тряпки, купленные папиком.

– Ник? – она затравленно взглянула на него из под густых огненных бровей, что неизменно оставались идеальной формы.

Но Ник уже знал этот взгляд. Он был лишь игрой.

И эта игра ему также нравилась.

– Ты же сказала, что готова на все. ЖИВО! – рыкнул он, растянув губы в оскале.

Женщина сделала так, как Николас ей велел, чувствуя при этом накатывающую волну возбуждения, что заполняла её, бурлила по венам, заставляя течь, как сука.

– Спорим, что ты уже готова меня принять? Да? Готова ведь?

Мужчина толкнул Кэт ближе к комоду, недалеко от кровати. Они уже ни раз трахались на нем.

Кэтрин была ещё тем любилем "остренького", именно поэтому сделав ставку на этом номере, в котором когда-то они провели здесь свою первую брачную ночь - не прогадала.

Только если в день свадьбы номер в гостинице на улице Сансом в California center казался залитым солнечным светом, будто они оказались в параллельной вселенной, где обитали только эти двое счастливых новобрачных, для которых подготовили все, включая белые простыни с лебедями из полотенец на огромной кровати, до ледяного шампанского за несколько сотен долларов в алюминиевом ведерке на прикроватной тумбе с закуской в виде экзотических фруктов.

То сейчас, свет внутри остался выключенным.

Тьма стояла, хоть глаз выколи. Только лучики из окна лениво пробивались внутрь, но и его Николас намеренно зашторил практически сразу, ведь знал, к чему приведёт эта встреча и не хотел видеть лица Кэт, когда будет брать её снова и снова.

Она уже стояла полностью обнажённой перед мужчиной, смело опустив руки вдоль пышных бёдер, открывая вид на свое охуенное тело.

Пышные груди набухли, а соски торчали, словно в номере стояла отрицательная температура. Лобок с треугольником рыжих волос привлекал взгляд, подогревая воображение.