Шрифт:
– Хорошо. На этом, я так понимаю, хорошие новости закончились?
– Да. Теперь перейдём к плохим. Амели-Роуз Стоун.
– Ника при упоминание этого имени, словно лопатой по голове жахнули. Да конкретно так приложились, у него аж в глазах потемнело.
– И что с ней не так?
– Понимаете… За последние пол года на её счете тоже появилась кругленькая сумма. Да и судя по вашим слова, она рьяно помогала Дэну освоиться.
Не может этого быть!
Невозможно!
Но будто бы прочитав его мысли, Лоуренс развернул копию счета Стоун. На ней красовалась весьма, ВЕСЬМА крупная сумма.
БЛЯДЬ!
И эта туда же?
Такая же продажная как Кэтрин?
И почему ему везёт на таких сук?
– На что вы намекаете? – раздражённо отмахнулся Шепард.
– Не намекаю, а говорю как есть.
– поправил его детектив.
– Амели не может быть замешана в этом. – Николас попросту не мог поверить в слова детектива, но факты говорили сами за себя.
– Мы все время были вместе и она помогала. Даже выдвинула теорию, что Дэн это все затеял. Правда мы не могли понять, как он в одиночку, без денег и связей все это провернул, но теперь все встало на свои места.
– А может быть она осталась именно для того, чтобы отвлечь вас и завести дело в тупик? – и заметив задумчивый взгляд своего нанимателя, добавил.
– Вот и я об этом же. Но для начала, мне стоит собрать картинку воедино, чтобы я точно знал о причастности Стоун или её отсутвия. Но на то, чтобы выдвинуть обвинения против прошлого владельца за разглашение конфиденциальной информации третьим лицам, поверьте, доказательств мне хватит. А это значит, что скоро ситуация в корне изменится.
Глава двадцать седьмая.
УЖЕ БЛИЗКО... ОСТАЛСЯ ТОЛЬКО ФИНИШ
Шепард практически задыхался от шквала эмоций и новостей, которые обрушил на него Лоуренс.
Внутри колыхали хлесткие языки пламени, отдавая жгучей головной болью в висках. Казалось, что череп готов разорваться под дичайшим давлением и извергнуть содержимое прямо на стол. По вискам, будто крохотными молоточками, назойливо стучало недомогание из-за долгого перелёта и накатившей усталости.
Николас кое-как распрощался с детективом и спешно покинул душный кабинет. Как в бреду добрался до квартиры, что служила ему домом уже много лет.
Шепард прикупил новую жил площадь в самом центре Сан-Франциско сразу же после развода. Он попросту не смог оставаться там, где раньше они с женой нежились и любили друг друга. Точнее любил только он, а Кэт им умело вертела им в разные стороны.
Да к черту эту рыжую стерву!
Все что досталось ей после развода, так это половина их квартиры и скромные отступные, что согласился выплатить Ник. Да, рыжая надеялась и ожидала чего-то большего, только получила скорее кукиш с маслом. Кэтрин должна быть благодарна, за то, что хоть это досталось ей с широкого баркого плеча Николаса.
В течение следующей недели Лоуренс вместе с адвокатом Николаса предъявили иск в суд на имя бывшего владельца и по совместительству нынешнего мужа Кэтрин. Впереди Шепарда ожидало громкое дело, с не менее громкими заявлениями и оправдательным приговором.
Адвокату достаточно быстро удалось подготовить все необходимые бумаги. Да, в этом мире бесспорно правят деньги, играя немаловажную роль. И даже ускоряют процессы, которые могут затягиваться на годы.
Ник эту неделю никак не мог привести себя в чувство. Ему не хотелось верить, что Ами вот так легко могла через него перешагнуть ради денег. Но так как сейчас главной задачей являлось оправдать Николаса и вернуть прежнюю репутацию, то в доказательстве невиновности Амели или же наоборот, дело забуксовало, элементарно потому, что у детектива было всего две руки и одна голова. Поэтому он смалодушничал и занялся делами первостепенной важности, отложив Стоун в дальний ящик.
В связи со всеми вытекающими Шепард просто отмахивался от Ами.
И следующую неделю тоже.
Ему просто напросто нечего было ей предъявить, как и сказать. Ну да, выписку по её счету он видел, но этому могут быть разные объяснения.
Верно?
Или он себя так успокаивает?
А если Лоуренс все же найдёт неопровержимые доказательства вины Стоун?
Что тогда?
Чего же Шепард боялся больше?
В этом компоте из собственных мыслей он варился около 3-х недель после того, как последний вернулся в Сан-Франциско.
Звонков и СМС от Амели становилось все меньше и меньше. Лишь 2 раза за это время Ник ответил на звонок, но разговор оказался суше самой пустыни. Он даже не спросил как у неё дела.
Просто забыл.
Или не захотел.
Но не спешил её в чем-то обвинять или упрекать.
Надеялся, что ситуация сама рассосётся?
Как же!
***
В это время на побережье Атлантического океана Амели нервно теребила короткие пряди тёмных волос. В каком именно порыве она решила остричь волосы под каре, девушка так и не поняла. Скорее всего захотелось каких-то перемен и на нервной почве она ничего более не придумала.