Звонок прервался. Затем телефон зазвонил снова. Три раза. Прекратился. Потом прозвонил еще три раза. Затих. Когда в очередной раз раздалась мелодия звонка, Анна неохотно сняла трубку.

— Алло?

— С ним все в порядке?

Анна вспомнила оборотня, который принес стул, чтобы Чарльз сел, пока над ним работали врачи скорой помощи. Наверное, он позвонил марроку.

— Думаю, да. Рана не такая уж серьезная, довольно глубокий порез поперек лопаток. Но пуля была серебряной, и у него, похоже, плохая реакция на серебро.

Последовала небольшая пауза.

— Могу я с ним поговорить?

— Он в обличье волка, — сказала Анна. — Но сейчас он вас слышит.

Одно ухо волка было повернуто в сторону телефона.

— Тебе нужна помощь с Чарльзом? Его реакция на серебро может быть немного взрывоопасной.

— Нет. Он не создает никаких проблем.

— Из-за серебра волк Чарльза становится неконтролируемым, — тихо произнес маррок. — Но он не доставляет тебе проблем? С чего бы это?

Анна никогда не встречала маррока, но не была глупой. Его тон звучал опасно. Неужели он думал, что она как-то связана с тем, что Чарльза подстрелили, и теперь держит его где-то в плену? Она попыталась ответить на его вопрос, несмотря на собственное замешательство.

— Чарльз думает, что его волк выбрал меня своей парой.

— Менее чем за один полный день?

Теперь, когда он сказал это вслух, все действительно казалось глупым.

— Да. — Однако она не смогла скрыть неуверенности в своем голосе, и это обеспокоило Чарльза. Он вскочил на ноги и тихо зарычал.

— Чарльз также говорил, что я омега, — сообщила она Брану. — Возможно, его спокойствие как-то связано с этим.

Молчание затянулось, и Анна начала думать, что связь прервалась. Затем маррок тихо рассмеялся.

— О, его брат будет немилосердно дразнить его по этому поводу. Почему бы тебе не рассказать мне все, что произошло. Начни, пожалуйста, с того, как ты забрала Чарльза из аэропорта.

Анна с такой силой вцепилась в руль, что костяшки ее пальцев побелели, но Чарльз был не в настроении успокаивать ее.

Он пытался оставить ее в квартире, не желая, чтобы Анна оказалась в центре драки, которая, вероятно, произойдет сегодня вечером. Он не хотел, чтобы ей причинили боль или чтобы она видела, как он убивает.

— Я знаю, где живет Лео, — настаивала она. — Если ты не возьмешь меня с собой, я просто найму такси и поеду за тобой. Ты не пойдешь туда один. От тебя все еще пахнет болью. И они воспримут это как признак слабости.

От ее слов он напрягся. У него вертелся на кончике языка вопрос, что, по ее мнению, женщина и тем более омега могла бы сделать, чтобы помочь ему в бою. Но братец волк заткнул его. Анна и так уже намучилась, и волк не позволил бы пострадать ей еще больше. Это единственный раз на его памяти, когда волк наложил ограничения на человеческую половину, а не наоборот. Чарльз помнил, как Анна держала в руке мраморную скалку. Может, она и не была агрессивной, но у нее имелся предел терпения.

Поэтому он, сам не зная как, но согласился взять ее с собой, хотя, когда они подъехали ближе к дому Лео в Нейпервилле, был не очень счастлив.

— Усадьба Лео занимает пятнадцать акров, — сообщила Анна. — Она достаточно большая, чтобы на территории могла охотиться стая, но нам все равно приходится вести себя довольно тихо.

Ее голос звучал напряженно. Чарльз посчитал, что она пытается завязать с ним разговор, чтобы сдержать свое беспокойство. Как бы он ни был зол, но не мог не прийти ей на помощь.

— В больших городах трудно охотиться, — согласился он. Затем, чтобы проверить ее реакцию, потому что им так и не представилась возможность по-настоящему закончить разговор о том, кем она была для него, добавил: — Я возьму тебя на настоящую охоту в Монтане. После нее ты никогда больше не захочешь жить в большом городе. Обычно мы охотимся на оленей или лосей, но популяция лосей достаточно высока, так что чаще мы охотимся на них. Лоси — это настоящий вызов.

— Я бы предпочла заняться кроликами, если ты не против, — предложила Анна. — В основном я просто слежу за охотой. — Она слегка улыбнулась. — Возможно, я смотрела «Бэмби» слишком много раз.

Чарльз рассмеялся. Да, она будет принадлежать ему. Анна сдавалась ему без борьбы. Он вспомнил, как она сказала ему, что секс ее не очень интересует, возможно, это был вызов, но не борьба.

— Охота — это часть нашей сущности. Мы не кошки, чтобы играть с добычей. Популяцию животных, на которых мы охотимся, нужно прореживать, чтобы сохранить стада сильными и здоровыми. Если тебя это беспокоит, можешь просто посмотреть на охоту в Монтане. Но тебе все равно понравится пробежка.

Анна подъехала к клавиатуре сигнализации на столбе ворот и набрала четыре цифры. После паузы цепь на верхней части ворот начала двигаться, и ворота открылись.