Зет помогает мне выйти из машины, на его губах играет едва заметная улыбка. Его веселит мое замешательство.

– Что мы здесь делаем?

Внутри слышна музыка - звуки скрипок и виолончелей, а также много голосов, говорящих одновременно. Дорожку ко входу в церковь освещают греющие свечи (прим. пер.: Греющая свеча (чайная свеча) - спец. название для маленьких свечек), а на ветвях деревьев во дворе висят маленькие сказочные огоньки. Потрясающее зрелище.

Зет немного смущается, лезет в карман и достает квадратик испачканной, потрепанной карточки. На обратной стороне запекшаяся кровь, уголок оторван, но я сразу же понимаю, что это приглашение на свадьбу Суреша. Он сказал… Зет сказал мне несколько недель назад, что пойдет со мной. Я совсем забыла об этом. Столько всего произошло за это время. Столько всего, что изменило и сформировало нас. Зет разворачивает приглашение и протягивает его мне.

– Я думала, что они женятся в отеле. Утром?
– шепчу я.

– Очень верующие родители невесты задержали церемонию, - объясняет Зет.
– Они перенесли время и изменили место проведения свадьбы, объясняя это тем, что не венчаться в церкви - скандально.

Я снова смотрю на церковь, пытаясь осознать все происходящее.

– Не могу поверить.

– Надеюсь, ты все еще хочешь, чтобы я был твоей парой?
– тихо спрашивает Зет.

У меня щиплет глаза. Не могу поверить, что среди всех этих драк, беготни, насилия и боли он вспомнил об этом.

– Я бы хотела, чтобы ты был моей парой.

Не могу поверить, что этот человек реален. Не могу поверить, как сильно его люблю. Без него я не смогу жить. Без него последние несколько месяцев я бы точно была в большей безопасности, но, оглядываясь назад, можно сказать, что Зет был прав. Наша жизнь - это кровь и розы - физическая боль, душевная боль, но и горько-сладкая и прекрасная. Есть много вещей, которые я бы изменила, потеря Лэйси - одна из них, но у меня все еще есть он. У меня есть будущее с ним, и это прекрасно.

– Хочешь зайти внутрь?
– спрашивает он.

Киваю, соглашаясь.

– Я определенно хочу зайти внутрь.

Церемония великолепна. Внутри церковь, скамьи и проход украшены множеством маленьких белых цветов. Ребекка, невеста Суреша, сияет в море белого кружева и шелка, в ее волосы вплетены такие же маленькие белые цветы. Вокруг меня знакомые по больнице лица - Оливер сидит у входа в церковь со своей спутницей, стройной блондинкой с потрясающей улыбкой. Он замечает нас и нерешительно улыбается мне. После произнесения клятв люди выходят из церкви и идут по улице, не заботясь ни о холоде, ни о ветре, который может испортить их прически. Зет переплетает свою руку с моей, и мы идем вместе с толпой, окруженные смехом и улыбками.

– Слоан! Боже мой, Слоан.
– На мое плечо опускается рука. В следующее мгновение я понимаю, что меня заключают в крепкие объятия. Суреш, сияющий от уха до уха, крепко сжимает меня, а затем держит на расстоянии вытянутой руки, чтобы рассмотреть меня.
– Я так рад, что ты здесь, - говорит он мне.
– Теперь все идеально.
– Он запечатлевает на моем лбу влажный поцелуй, а Ребекка, внезапно оказавшаяся рядом с ним, заливисто смеется.

– Да, я тоже очень рада, что ты пришла, - говорит она, целуя меня в щеку.

– Спасибо. Ты прекрасно выглядишь.

– Вижу, ты воспользовалась своим плюс один, - говорит Суреш.
– Ты, должно быть, тот парень, с которым трахается Слоан.

Он протягивает руку Зету. Вся кровь отхлынула от моего лица. Я закрываю рот руками, вспоминая слова Суреша, сказанные им в больничной столовой в тот день, когда он напомнил мне о своей свадьбе, - что я не могу привести просто друга. Это должен быть тот, с кем я трахаюсь. Когда я смотрю на Зета, он пожимает руку Суреша, ничуть не смущаясь.

– Да. Я именно тот парень, - говорит он.
– Зет. Приятно познакомиться.

– Мне тоже. Зет? Классное имя.

Он хлопает Зета по руке, и жених с невестой идут дальше через толпу, улыбаясь и обнимая на ходу все новых и новых людей.

В конце концов, огромное количество людей достигает небольшого бутик-отеля (прим. пер.: Бутик-отель - небольшой, обычно роскошный отель, отличающийся от отелей и мотелей различных сетей и брендов больших размеров персонифицированным подходом к размещению гостей, предоставлению услуг и/или уровню обслуживания) в трех кварталах от церкви. Пока не настало время для тостов и банкета, начинает играть струнный квартет. Зет протягивает мне руку, и вечер становится еще более странным.

– Хочешь потанцевать со мной?
– спрашиваю я.

– Да.
– Зет обнимает меня и притягивает к себе, вдыхая мой запах.
– В данный момент я ничего не хочу больше.

Он прижимает меня к себе, и мы танцуем, и в этот крошечный миг кошмар, через который мы прошли, больше не имеет значения. Ничто не имеет значения. Уже далеко за полночь, после банкета, тостов и танцев Зет говорит, что нам пора уходить.

– Что? Мы должны идти? Почему?

– Потому что.
– Он легонько целует меня, его рот задерживается на моем.
– Часы уже пробили двенадцать. Так происходит в большинстве сказок, верно? Прекрасная девушка должна уйти до конца бала?