Он оттолкнулся от балюстрады и вошел в роскошную комнату.

— Мартини, тетушка?

— Конечно, дорогой. И расскажи, как все прошло сегодня.

Драко смешал напитки и наполнил ее бокал. Это был долгий день. Утомительный и изматывающий. Бесконечные переговоры и перевод денег. Не было почти ничего, что он ненавидел больше. Но, по крайней мере, теперь со всем покончено.

Он отвернулся от бара и протянул тете матовый бокал. Она с легкой улыбкой приняла его.

— Что ж, я рада, что смогла тебе помочь.

— Как и я. Спасибо, — он задумчиво отпил, и его глаза снова устремились к яркому горизонту.

Когда две недели назад он покинул Уилтшир и Гермиону, в голове была только одна мысль: найти и остановить Джека Уикхэма. В этот раз навсегда. Его охватила болезненная волна вины, когда он услышал письмо Джинни, прочитанное пораженным голосом Гермионы. Вины и стыда — потому что он мог это предотвратить. Если бы разоблачил Уикхема до того, как его действия причинили боль большему количеству людей — дорогих Гермионе людей.

Драко вздохнул, и его тетя вопросительно посмотрела на него.

— Просто сожалею о некоторых своих поступках, — произнес он, невесело приподняв уголки рта.

— Сожаление — бесполезная эмоция. Что сделано, то сделано. А будущее полностью в твоей власти.

Он пристально смотрел на Лукрецию, пока та снова не заговорила.

— И что ты будешь делать теперь?

Что ему делать теперь? Малфой припомнил шквал активности, который так много дней занимал его… После отъезда из Уилтшира он обратился к известным ему пособникам Уикхэма. Поскольку те всегда жаждали денег, он думал, что щедрая награда, которая предлагалась за сведения о местонахождении Джека, довольно быстро приведет к нему.

Поэтому удивился, когда важная информация пришла из другого источника.

Лукреция, приславшая письмо из отпуска в Монако, упомянула, что видела «этого жулика Джека Уикхэма» в одном из казино Монте-Карло. «Но не стоит волноваться», она шепнула на ушко своему дорогому другу, менеджеру, и Уикхэма выгнали. Он и «его рыжий спутник» устроили настоящую сцену, и мадам Блэк была уверена, что их скоро выгонят из страны.

Прочитав это послание с растущей тревогой, Драко срочно послал сову, наказывая Лукреции прекратить любые попытки выдворить Уикхема. После он уведомил Министерства Великобритании и Испании, написал Чарли Уизли и договорился о том, чтобы лично отправиться в Монако.

По прибытии он встретился с Чарли и был допрошен властями, хотя в основном не участвовал в успешной операции по поимке Джека и Рона. Спустя несколько дней после ареста этих двоих, когда Чарли сообщил о масштабе финансовых потерь, Драко снова начал действовать.

Сначала Уизли было трудно убедить. Ему пришлось рассказать о всех вероломствах Уикхэма и о том, как Драко каждый раз смотрел в другую сторону или активно прикрывал его. Наконец, Артур устало уступил, и Драко встретился с банкирами Лукреции.

Последовало несколько дней переговоров и сложных трансферов, но в конце концов все было возвращено на свои места.

И вот теперь это позади. Сегодня он ненадолго встретился с Чарли и Хэмишем, чтобы сообщить подробности. Они выглядели такими же измученными, каким чувствовал себя Драко.

— Спасибо, — сказал Чарли, положив руку Драко на плечо. — От меня и моей семьи.

— Прошу, не надо, — ответил Драко, качая головой.

Чарли кивнул.

— И ты все еще не хочешь, чтобы об этом узнали?

Его взгляд был многозначительным, но Драко снова покачал головой.

— Нет. Я не хочу, чтобы кто-либо чувствовал себя обязанным.

Хэмиш хотел было что-то сказать, но Чарли взглядом заставил его замолчать.

— Хорошо, — пообещал Чарли. — Даем слово.

Они пожали друг другу руки, и Драко вернулся в отель, где остановился в номере Лукреции. Он собирался вскоре вернуться в Англию, а дальше не знал, что произойдет. Возможно, вообще ничего.

Он вырвался из воспоминаний и ответил на вопрос Лукреции:

— Я не знаю, тетя.

— Ты скажешь ей, что сделал для нее?

Драко допил свой мартини.

— Я сделал это не только для нее. Это было правильным решением.

— Хмм, — легкое недоверие отразилось на лице его тети.

Он вздохнул. Помнишь об открытости, Драко?

— Я не хочу, чтобы со мной общались из чувства долга.

— Я не думаю, что так будет.

— Когда я видел ее в последний раз, до того, как все это произошло, она сказала что-то о своем желании все уладить, все сделать правильно. Это не походило на признание в любви, — Драко прикрыл глаза. — Больше на желание закрыть главу. Как прощание.