Когда-то в моей жизни появился замечательный, очень чуткий и ранимый мальчик. Я представляла, что он мой брат родной. Возможно, небеса его мне его и послали взамен тех, кого отобрали. Злилась на Диму, когда он был очень строг с маленьким.

Сережа был очень привязан к маме. А потом её не стало. Естественно, ребенку было плохо. Он много плакал и грустил, а Дима злился, потому что ему ближе было держать всё в себе. Мы зачастую нетерпимы к людям не похожим на нас самих. К похожим ещё строже относимся. Все хотят себя уникальными считать. Замкнутый круг.

Они очень много ругались. Меня это задевало. Поэтому я большую часть времени я проводила с Сережей, стараясь его отвлечь, занять чем-нибудь, чтобы боль притупить. И, наверное, мне это удалось. Он вырос спокойным, веселым, принципиальным парнем. Но в последнее время я его не узнаю.

С большим мальчиком поговорить уже не так легко, как с шестилеткой.

Да и что мне ему посоветовать?! Я не представляю, какой путь нужно пройти ему снова для душевного равновесия.

Он снова потерял самое дорогое.

Препараты перестают действовать, и мне приходится язык прикусить, чтоб не начать сквернословить. Мысленно считаю до десяти и поднимаюсь на ноги.

Сережа мгновенно зеркалит. В его глазах беспокойство.

Здоровой рукой касаюсь его предплечья.

– Вы же будете себя вести хорошо? – обвожу собравшихся взглядом. – Пойду Ярика успокою. Его ор звенит в ушах.

А ещё к приезду отца подготовиться. Если я в выдержке Спириных я не уверена, то папу обуздать невозможно, и это несмотря на уже не юный возраст.

– Я провожу тебя. С Машей надо поговорить, - Сережа меня к выходу пропускает.

Мария

«Я подвела Саяру» - моя новая навязчивая мысль.

Только всё стало налаживаться… Мой внутренний мир начал возрождаться.

Чрезмерная тревожность отступила, и я решила, что пора возвращаться к обычному образу жизни – вернуться нам с Колей домой, найти работу или увлечение для начала, и продолжать реабилитацию. Но не тут-то было.

Чтобы вернуться к себе, необходимо было решить вопрос с мамой и Марком. Вот я и собралась с ним поговорить.

Марк, как бы там ни было, всегда лояльно ко мне относился. За всё время, проведенное в отношениях с ним, плохого обращения ко мне с его стороны не было. Мы просто опустили тот факт, что я не хотела за него замуж. Ни я, ни он не озвучивали этого вслух.

Проводя время с ним, я очень хотела отвлечься и попробовать что-то почувствовать. Хотя бы те эмоции, что питала к Марку по юности. У меня не вышло.

Я и сейчас не уверена в том, что после Сережи смогу в кого-то влюбиться.

Скрывать от бывшего мужа правду всё труднее. Мне страшно. Узнай он о шантаже мамы, мы с ним навсегда врагами останемся.

Я ему не рассказала сразу. И вот чем всё закончилось.

С моей стороны было наивно полагать, что Марк всё поймет, отпустит, да ещё и с мамой моей поговорит. Но и не попробовать я не могла. Слишком устала бояться.

«А теперь, после того как Яра пострадала не страшно?!», - угрызение совести напоминает о себе.

Если бы я только подумать могла, что так всё случится…

Моя мама замешана в страшных вещах.

В голове такое уложить не могу! Это ведь мама…

Каждый день думаю, что было бы, перестань я с ней общаться после замужества. Были бы мы до сих пор с Сережей тогда женаты?

Дверь кабинета открывается. На пороге появляется Семен Давидович.

– Держи, - он протягивает мне стаканчик с кофе.

Подаюсь вперед, чтобы забрать. Вздрагиваю едва заметно, когда наши пальцы соприкасаются. Моя непроизвольная реакция не остается им незамеченной.

Он хмурится. Залом между бровей становится заметным.

Это странно объяснить, но я с трудом стала переносить прикосновения чужих людей. Должно пройти, но когда…

Свидетель я так себе.

Перед началом опроса он был уверен, что сможет почерпнуть у меня много новой информации. Ошибся.