СОВ и ЖАБА принимались комиссией, имевшей двойное, если не тройное, подчинение и вследствие того высокую степень автономности. Ещё в старые времена, когда Хогвартс не подписал договор присоединения к министерской структуре, существовала традиция на выпускные экзамены пятого и седьмого курсов приглашать сторонних наблюдателей. Или даже экзаменаторов. В качестве оных выступали опытные взрослые маги, силой и честью клявшиеся проверять честно, беспристрастно, оценивать выпускников справедливо. Тогда же Гильдии и Совет Мудрых присматривали себе кандидатов.

Волшебная Экзаменационная Комиссия входила в сетку Министерства, вместе с тем она подчинялась напрямую Визенгамоту и работала по стандартам, принятым Международной Конфедерацией Магов. Любое указание, спущенное в неё, требовалось согласовать со всеми тремя структурами, что дело нелегкое. Вдобавок председательница ВЭК, леди Гризельда Марчбэнкс, обладает огромным количеством связей и должников. Плевать она хотела на чужие советы и просьбы быть к кому-то построже или помягче, в её возрасте угрозы просто не воспринимаются. Тетеньке за двести перевалило, ей всё, кроме образования, пофигу.

Комиссию школа встретила буйством красок. И в прямом, и в переносном смыслах – безбашенные гриффы в честь прибытия проверяющих запустили фейерверки. Введение, точнее, возвращение телесных наказаний заставило притихнуть барсуков и воронов, но факультет Годрика отреагировал иначе. Отметки от розог ценились, как боевые шрамы, ими хвастались, на наказания осознанно нарывались. Пожилых волшебником вряд ли прежде так встречали. Кроме фейерверков в глаза бросались раскрашенные всеми цветами радуги доспехи, распевающие непристойные песенки, швыряющийся навозными бомбами Пивз, скачущие по стенкам материальные иллюзии и то самое болото, превратившееся в своеобразный резервуар испорченных зелий. В смысле, все отходы сливали туда и с интересом смотрели, чего получится. На данный момент выходила жуткая вонь и бульканье, в котором некоторые усматривали признаки разумной речи.

Уверен, многоопытной Марчбэнкс хватило пары минут, чтобы понять – школу Амбридж не контролирует.

Вечер и ночь воскресенья для многих прошли в лихорадочной зубрежке. Меня тоже не миновала чаша сия, но глоток из неё я сделал небольшой. По профильным для меня предметам, трансфигурации и чарам, я шел с большим опережением программы, мои зелья Снейп давно не оценивал ниже «Выше ожидаемого», другие предметы тоже в худшем случае вытяну на тот же уровень, в лучшем – получу «Превосходно». Хуже всего у меня обстоят дела с нумерологией. Если нет таланта к математике, то спасти могут только усидчивость в компании со свободным временем, а его не хватало. Будем надеяться, проверяющие расщедрятся на «Удовлетворительно».

В общем, на экзамен я шел выспавшийся и без запаха Бодрящего зелья изо рта.

Утром сдавали письменную часть, после обеда – устную. В понедельник проверяли Чары, во вторник – трансфигурацию, среда была отдана гербологии, в четверг мы показывали свое мастерство в ЗОТИ. Я слегка поспорил с экзаменатором по поводу ответа, доказывая ему, что министерские рекомендации против нежити неверны. Её бессмысленно отпугивать, надо сразу уничтожать. Профессор Тофти, в общем, был согласен, но указывал, что силы на уничтожение хватит не у всех, на основании чего требовал знания программы. Не вовремя в спор вмешалась Амбридж, опять начавшая нести пургу и угрожать карами.

Ей потом кто-то в кабинет нюхлера запустил. Не я. Я всего лишь бомбу-вонючку подбросил, что-то другое придумать не успел.

Мне на результаты СОВ не то, чтобы было наплевать… Моё будущее от них не зависело. Я не намерен уходить из клана, а родичи, в том числе из верхушки, знают мои реальные способности. Они в любом случае продолжат меня учить. Вот если бы я в Министерство шел, в Гильдию торопился поступить, к стороннему мастеру набивался, тогда – да, СОВ были бы важны. В текущих обстоятельствах они второстепенны.

Что, впрочем, не означает, будто бы я не волновался и не выкладывался на экзаменах. Обстоятельства склонны меняться со временем.

Следующая неделя ушла на зельеварение, уход, нумерологию и астрономию. Тоже сдал без эксцессов. Без эксцессов на экзамене, имею в виду – так-то авроры попытались арестовать Хагрида, за каковым действом с вершины Астрономической башни наблюдала группа экзаменуемых. Почему-то в последнее время всё, за что берется Амбридж, идёт наперекосяк. Может, её проклял кто? Время подходящее выбрала (ночью), отряд авроров в помощники взяла, застала Хагрида врасплох, то есть вроде всё правильно сделала. И что получила? Хагрид бежал, из авроров чудом никто не погиб, на глазах уважаемой комиссии пострадала профессор Макгонагалл, пытавшаяся остановить беспорядок.

Странно, что без трупов обошлось. Я успел закончить задание и с самого начала глядел на схватку в телескоп. Хагрид в бою пугал – стремительный, ловкий, неуязвимый к заклинаниям. Предки неспроста почитали убийство фомора великим подвигом.

Макгонагалл отправили в Мунго. Решили подстраховаться – от четырех Ступефаев даже у сильного чародея сердечко сбойнуть может.

Последним экзаменом поставили историю магии. Очень интересный предмет, в школе преподаваемый отвратительно. Ученики, любящие историю, вынуждены изучать её самостоятельно по конспектам или, куда чаще, книгам из библиотеки.