– Всего лишь без сознания? – открывая дверь, чтобы мне было удобнее левитировать тело, тихо уточнил Артур.

– Плюс трещины в паре ребер и сотрясение мозга. Погоди.

Выбрав удобное место без картин, я опустил мужчину на пол, достал из кармана чистый платок и тщательно промокнул кровоточащую рану на голове Амикуса. Всё действо, за которым с одобрением следил Шелби, не заняло и десяти секунд. Планов на кровь я не строил, просто – мало ли, вдруг понадобится?

При виде ученика, левитирующего бессознательного преподавателя, дежурная помощница лекарки сделала огромные глаза и метнулась в кабинет мадам Помфри. Секунду спустя та вылетела из комнаты, словно пробка из бутылки шампанского. Быстро подбежала, мгновенно провела диагностику, облегченно выдохнула и знаком указала на койку.

– Как это произошло?

– Профессор приказал атаковать настолько сильно, насколько могу. Результат перед вами.

– Ох, мистер Стивенс, - покачала головой целительница. – Декану сообщили?

– Думаю, вскоре он будет здесь.

Флитвик явился быстро. Резкий, собранный, целеустремленный, в первые мгновения он совершенно не напоминал того прикольного человечка, обожающего дирижировать пляшущими ананасами, стоя на шатающейся стопке потрепанных томов. Убедившись, что Пожиратель, заместитель директора Хогвартса, назначенный сюда лично Неназываемым, жив, и не слишком пострадал, он расслабился, но не до конца.

– Мистер Шелби рассказал мне о происшедшем на уроке, мистер Стивенс. Теперь я хочу услышать вашу версию.

Скрывать мне было нечего, поэтому рассказ получился подробным, хоть и не слишком длинным. Всё ж быстро произошло. Упор сделал на косяках Кэрроу, благо их немало, и на том факте, что выполнял указание преподавателя.

– Лучше бы вы выполняли его менее качественно, мистер Стивенс, - слегка раздраженно заметил Флитвик. Особо расстроенным он не выглядел, что и подтвердили следующие его слова: - десять баллов Рейвенкло за успешное выполнение задания. Поппи, что там?

– Сейчас очнется, - она достала из кармашка флакончик и поднесла его к носу мужчины.

Застонав, страдалец попытался отвернуться. Не удалось, и через несколько секунд Кэрроу уставился на нас мутным взором.

– Амикус, – склонился над ним Флитвик. – Что последнее вы помните?

– Урок, - выдавил из себя тот. – Скутум Альбум, пара Слизерин-Рейвенкло.

– Зачем вы сказали мистеру Стивенсу бить со всей силы?

– Он не мог… Не должен был пробить…

– Понятно, - выпрямился декан. – Ступайте, мистер Стивенс, дальше мы без вас разберемся.

Не хочет песочить коллегу при ученике. Как бы он ни относился к Кэрроу, тот являлся профессором школы, и Флитвик не станет подрывать авторитет должности. Вот наедине – пожалуйста. Филиус Флитвик в своё время был преподавателем Амикуса Кеэрроу и, пусть у нас тут не Азия с его культом учителя, некоторые вещи остаются навсегда. Так что сейчас полугоблин разложит по полочкам, насколько глупо провоцировать семикурсника, у которого два деда-известных боевика, «Бешеный Джарвис» и «Труподел Боб», и оба внучка с раннего детства дрючат.

Свалил я из Больничного крыла с некоторым облегчением. Наверняка сейчас Снейп припрется, близняшка Алекто заявится, затем, вполне возможно, остальные деканы подтянутся. Всё ж таки событие неординарное, преподы на больничную койку попадают редко, особенно по вине учеников. Последним был Локхарт, он до сих пор в Мунго лежит. Тем более что Амикус Кэрроу, объективно, как боевик неплох, выше среднего уровня, до сегодняшнего дня его никто вырубить не смог. Хотя многие пытались.

О том, что жуткий Райли Стивенс убил преподавателя ЗОТИ, через пару часов знала вся школа. По основной версии событий, я проклял его страшным черным проклятьем, потом с хохотом попинал труп, который затем уволок неизвестно куда, чтобы поглумиться над ним полностью. Впрочем, некоторые уточняли, что, скорее всего, вскоре мы увидим Кэрроу в роли свежеподнятого инфери. Это предположение подтвердилось за ужином, на котором зотишник присутствовал, имея довольно бледный вид.

По уму, ему следовало бы полежать пару деньков, мадам Помфри настаивала. Однако Кэрроу не захотел демонстрировать слабость и сбежал.

Я снова стал звездой, моя популярность сравнилась или даже превысила популярность Поттера после выигранного квиддичного матча. На меня пялились, благоговейно смотрели, уступали дорогу. Всеобщее восхищение (или бессильная злоба пополам со страхом) приятно грели душу и навевали желание вытворить что-нибудь этакое.

К счастью, не всерьёз. Да и Мораг бы мне не позволила.

Ей летающий по классу Кэрроу не понравился совершенно. Девушка прекрасно понимала, что после сегодняшнего тот затаит зло и при случае отыграется, причем, скорее всего, не единожды. А, учитывая его должность, подгадить он может основательно. Спорить с милой не хотелось, потому что она была полностью права. Я сам уже понемногу в содеянном раскаивался и думал, что следовало бы обойтись помягче, вытерпеть насмешки или вложить в Ступефай меньше силы.

С другой стороны – кто ж знал?

В общем, Мораг имела основания злиться, и злилась, но недолго. Она не обделена тщеславием и амбициозностью, поэтому крутизна её парня ей льстила. Наш первый скандал быстро закончился.