Мучительно долго тянулся остаток ночи. Алексей несколько раз вставал и выходил на улицу. В расположении было по-прежнему тихо, лишь изредка слышались крики ночных птиц да где-то в стороне, бряцая оружием и тяжело ступая коваными сапогами, ходил ночной патруль…

Шли дни, а Наташи все нет и нет. Каждое утро Алексей заходил в штаб, но среди девушек ее не было.

«Неужели попалась?» – думал он.

– Скучаете, господин капитан? – окликнула как-то Фроська. – Хи-хи-хи…

– Что с ней? – спросил Алексей на ломаном русском языке.

– А ничего, – засмеялась Фроська, – очухалась! Завтра выйдет на работу.

Алексей облегченно вздохнул. «Молодец! Хорошо придумала, – одобрил он действия Наташи. Стало легче на душе. – Если Наташа передаст пленку, если удастся связаться с партизанами, начнется настоящая работа!» – Он улыбнулся своим мыслям, а глядевшая на него Фроська снова захихикала.

Прошли еще сутки. Прогуливаясь около штаба, Алексей нетерпеливо ожидал машину с девушками. Чтобы убить время и не вызвать подозрений, он останавливал знакомых офицеров, подолгу болтал с ними о разных пустяках. Встретился и Эргард Босс. Он сдержанно поприветствовал Шверинга и скрылся в кустах.

Наконец, долгожданная машина подкатила к штабу. Наташа, мельком взглянув на капитана, подхватив ведро, пошла вслед за Фроськой.

Алексей размышлял, как передать пленку Наташе. У штаба больше стоять нельзя. Он зашел по служебным делам в оперативный отдел, заглянул в секретную часть – нет ли новых приказов – и снова очутился на улице. Наташа с полным ведром грязной воды медленно шла к мусорной яме. На ходу она оглянулась.

«Что же ты стоишь? Иди за мной», – говорили ее глаза.

Алексей подошел к мусорной яме.

Девушка стояла у дерева и нервно обрывала лепестки белой рюмашки.

– Любит, любит! – улыбаясь, сказал Алексей. – Такую девушку, как вы, нельзя не любить.

Наташа отбросила цветок и настороженно посмотрела на Алексея большими серыми глазами.

– Кто вы? – тихо спросила она. – Я чувствую, что вы не тот, за кого вас все считают…

Алексей улыбнулся.

– Я не спрашиваю, кто вы и кто послал вас, – так же тихо ответил он. – Давайте и впредь так. Не будем терять времени… Поручения есть?

Наташа молча выплеснула грязную воду, с трудом вытащила из ведра диск, расцепила его надвое и протянула Алексею.

– Спрячьте!

Алексей торопливо открыл планшет, спрятал диск. Затем достал из кармана черный конверт и, приблизившись вплотную к Наташе, сказал:

– Помните то же: если будет неминуемая опасность – вскройте.

Наташа вздохнула и, опустив отяжелевшие от бессонных ночей веки, спрятала конверт на груди под блузку.

– Я передала вам две магнитные мины с часовыми механизмами. Помеченная белой краской поставлена на взрыв в 23.00. Вторая – на завтра в 11.00. Подложите куда представится возможность. Желательно взорвать бомбосклад или бензохранилище…

Только теперь Алексей заметил, как устала Наташа. Лицо ее было бледно, под глазами синеватые полудужья. Алексея охватила жалость.

– Спасибо, милая девушка. Родина вас не забудет, – с жаром сказал он. Затем, вытащив из кармана белый конверт, Алексей с поклоном передал ей. – Это лично вам!

И не успела Наташа ответить, как он поцеловал ее в щеку.

Гневный румянец залил ее лицо. И Босс, наблюдавший из-за дерева, увидел, как девушка дала пощечину капитану Шверингу.

– Натка! В помойке что ли утонула? – послышался грубый голос Фроськи: – Иди быстрее сюда! Вот дрянь девка! Так и отлынивает от работы. Ужо я тебя проучу…

Наташа убежала, а Алексей, потирая щеку, зашагал к землянке.

И снова Босс попался ему навстречу.

«Неужели он за мной следит? – думал Алексей. – Мало проучил. Ну погоди, придет время – рассчитаюсь».

В окно хлестал дождь. Летчики по предложению Курта ушли играть в карты в землянку погибшего подполковника Шома. Противник картежной игры Фридрих Ганн ушел к приятелю, и только Алексей, сославшись на головную боль, лежал в кровати.

К нему подошел Фок, заскулил. Алексей, порывшись в чемодане, достал сахар. Фок благодарно лизнул его в щеку и лег у порога. Алексей бросил ему еще кусок сахара и выглянул из землянки.

В темноте под дождем шумели листья деревьев.

«Надо идти! Время не ждет», – подумал он.

Набросив клеенчатый плащ, Алексей вышел. Минут через десять он с трудом добрался до склада боеприпасов. Большую полянку окружали многолетние сосны, вплотную подступали к штабелям ящиков кусты орешника.

Алексей подождал, высматривая часового. Вот уже слышны его приближающиеся шаги. Часовой остановился совсем рядом. «Прислушивается», – Алексей затаил дыхание. Наконец, часовой снова пошел в обход, что-то мурлыча себе под нос. Когда чавканье его сапог совсем стихло, Алексей подошел к накрытым брезентом ящикам.