— Что вы с ним сделали? — прошептала девушка, по-прежнему прикрыв ладонью рот.

— Ничего, — буркнул Джонни и спустил молодчика с лестницы, просто перестав его поддерживать.

Парень кубарем скатился до самого конца пролета и врезался в стену на следующей лестничной площадке. Теперь он оказался распростерт на животе и, всхлипывая от боли, попытался привстать на колени. Сломанная рука безвольно свешивалась вниз.

Джонни спустился к нему, рывком поставил на ноги и заставил скатиться до низа следующего пролета. На одной из ступенек парень споткнулся и теперь приземлился на спину, испустив жалобный крик.

Джонни снова спустился и снова ухватил его за шиворот.

Ночной вахтер одним прыжком вскочил из-за стола; глаза его полезли на лоб, и вид был совершенно одурелый.

Джонни протащил незадачливого убийцу с его дубинкой через тесный вестибюль, выволок на улицу, дал ему тяжело упасть на тротуар, после чего вернулся в дом и лаконично пояснил:

— Грабитель...

— А-а, — протянул вахтер, все ещё пребывавший в ступоре. И долго и непонимающе глядел вслед Джонни, зашагавшему по лестнице.

Когда Джонни поднялся на этаж, Лаура Бриль стояла перед своей дверью в конце коридора. Едва его увидев, она стремглав кинулась внутрь и в панике сильно хлопнула дверью. Джонни слышал, как ключ тотчас же повернулся в замке.

Вернувшись к себе, Джонни тоже закрыл дверь на ключ.

Заметив у кровати опрокинутую бутылку, он подобрал её и посмотрел на свет. Там ещё немного оставалось. Джонни поднес было горлышко к губам, но потом передумал и поставил бутылку на комод. В верхнем ящике среди носков и нижнего белья нашлись сигареты. Джонни закурил и подошел к окну.

Он долго так стоял, курил и размышлял, наблюдая за первыми лучами зари. А потом довольно улыбнулся.

Теперь уже не придется слишком стараться, чтобы в городе о нем стало известно. После того, что произошло, эти люди не замедлят себя обнаружить. Каким бы то ни было способом. Чтобы отплатить ему той же монетой — или чтобы прощупать почву. Так или иначе, теперь ход был за ними.

И они сделали его на следующий вечер.

Когда незадолго до одиннадцати Джонни мимоходом заглянул в «Сэнди-лаунж», там было практически пусто. Народ начинал собираться только после полуночи. Местечко было комфортное, интимное, с мягким освещением, и туда частенько наведывались не слишком крупные фигуры из семейства дона Массимо Виджиланте.

Первый этаж, где на переднем плане располагалась полукруглая стойка, а за ней, в глубине — отдельные кабинеты с мягкими диванами, был открыт вечерами вплоть до разрешенного законом часа. После этого все перемещались на второй этаж, где с ведома местной полиции подпольный кабак функционировал ночь напролет. Содержавший заведение Гэс Фогель — гангстер не слишком крупного пошиба — был прочно повязан с Виджиланте.

Джонни опустился на высокий табурет и улыбнулся Лауре Бриль. Она улыбнулась в ответ, однако нервно и натянуто.

— Как обычно?

Джонни утвердительно кивнул и проводил Лауру взглядом, когда она отправилась выполнять его заказ. Миниатюрная, но с полными, округлыми формами, она выглядела ещё привлекательней из-за коротких красных шортов и белой атласной блузки с большим декольте — униформы «Сэнди-лаунж». Ей могло быть лет двадцать пять — тридцать, и в печальных серых глазах отражался целый мир, полный печалей и утраченных иллюзий.

Она принесла двойной виски с кубиками льда. Джонни расплатился и оставил пятидолларовую банкноту на чай.

Лаура нахмурилась и перевела взгляд с денег на лицо Джонни:

— Спасибо... Но с чего вдруг такая щедрость?

— Чтобы извиниться, что так напугал вас прошлой ночью. Надеюсь, кошмары вам не снились?

Она заглянула ему в глаза и, казалось, несколько оттаяла.

Джонни заходил сюда каждый вечер, они с удовольствием болтали, когда у неё выдавалась свободная минутка. Он уже знал, что она поступила в это заведение и поселилась в «Палмс-отеле» после развода с парнем, собиравшем долги для какого-то ростовщика из портового квартала. Знал, что жила она одна, и была весьма разборчива в знакомствах. Ему не раз случалось видеть, как другие мужчины делали попытки её уговорить, а она их быстренько отшивала. И потому он держал себя с ней уважительно.

Ей также была известна его репутация — как и всем завсегдатаям «Сэнди-лаунж». Она знала, что он — грабитель-профессионал, причем одиночка, не состоявший ни в какой организации и тем гордившийся. Он никогда не пытался установить с кем-нибудь связь, и никогда ничего не рассказывал о себе. Но и скупщик краденого, с которым он работал, и большинство клиентов заведения были заняты примерно тем же самым, так что новости распространялись незамедлительно. И это произошло ещё быстрее как раз из-за того, что речь шла о малообщительном чужаке, который появился поблизости от их замкнутого кружка.