Но Коля не плод. Коля чудесный человек, у которого есть свои обязательства, и мне придется отпустить его.

— Увидимся в школе? — спросила я, уткнувшись носом в мужскую шею.

— Я отменил занятия на сегодня. Везу маму в центр на обследование, — тихо ответил Коля, поглаживая мои плечи под лямками пеньюара.

— Тогда вечером? — с надеждой спросила я, и Коля, кивнув, поцеловал меня в макушку.

— Надя, — неуверенно позвал он, — У тебя правда есть жених?

— Есть, — нехотя ответила я, совершенно забыв об Антоне.

— Как мне его найти? Я хочу поговорить с ним, как мужчина. Он должен понять, что у нас все серьезно.

— Коля, я…

— Даже не думай, — прервал он, — Я тебя не отпущу.

Ничего не ответив, я подняла голову и благодарно потерлась носом о Колину щетину. Он меня не отпустит. И не даст все испортить, как бы сильно я ни старалась.

— Надя, — снова позвал парень, и я, очнувшись от чар своего любимого физрука, ответила:

— Я сама с ним поговорю. Так будет правильно.

Так точно будет правильно. Осталось лишь найти в себе силы и позвонить Антону.

Я проводила Колю, одарив его на прощание кучей поцелуев, и вернулась к завтраку. Сырники оказались на удивление вкусными — даже лучше, чем те, что делает личный повар в доме Антона. У Коли есть свой тайный ингредиент, и я не могу дождаться вечера, чтобы снова оказаться рядом с ним.

Но телефон, лежащий на столе, то и дело отвлекал от мыслей о Николае Николаевиче. Нужно просто найти в телефонной книге номер Антона и нажать на вызов. Я зря переживаю, ведь сам Антон все равно не ответит, и мне придется нелепо бормотать в автоответчик просьбу перезвонить. Не стану же я объявлять в голосовом сообщении о том, что разрываю помолвку. Может, стоит отложить разговор и поговорить лично, когда мне удастся съездить в Москву?

Пока я выдумывала отговорки, телефон внезапно зазвонил, а на экране высветилось — «Антон».

— Алло, — дрожащим голосом отозвалась я, приняв вызов.

— Надин, дорогая, — ласково произнес хорошо поставленный голос Антона.

Я пробубнила что-то невнятное. Антон никогда не звонил первый, просто потому что не успевал думать обо мне в череде деловых задач. Максимум, на который я могла рассчитывать, — это шикарный букет цветов, который я всегда получала по средам и пятницам. Правда благодарить за это нужно скорее флориста, которому когда-то отдали приказ высылать цветы по одному и тому же адресу в одни и те же дни, чтобы я не чувствовала себя заброшенной.

Но сейчас, открыв для себя внимание другого рода, я понимаю, как смешно было радоваться этим дежурным букетам. Сам Антон даже не знал, какие цветы я получаю.

— Что-то случилось? — спросила я, с трудом возвращая своему голосу уверенное звучание.

— У меня отменилась встреча, и я вспомнил, как давно мы не говорили, — честно признался мужчина, за которого я собиралась выйти замуж.

Он вспомнил обо мне, потому что у него отменилась встреча. Если бы не эта счастливая случайность, вспомнил бы он вообще о том, что у него есть любимая женщина? Или Антон любил меня так же, как я его? Да, на сумасшедшего влюбленного он совершенно не походил, и отношения с ним напоминали скорее деловой договор, но я знала, на что иду и ради чего это делаю. Я хотела статуса и финансовой безопасности. Правда, тогда я еще не знала, что мое тело и моя душа хотят совершенно другого.

— Антон, нам нужно поговорить, — серьезно начала я, но мужчина меня прервал:

— Ты ездила в область на днях. Что ты там делала? — строго спросил он, и мое отражение в окне вытянуло лицо в удивлении.

— Откуда ты знаешь?

Ни в одной социальных сетей я не рассказывала о своей поездке в родительский дом. Об этом вообще никто не знал, кроме моих родных.

— Я отслеживаю твой телефон, Надин, — Антон усмехнулся, будто я была для него маленькой глупой девочкой, — Это для твоей же безопасности, родная.

От возмущения, смешанного с шоком, я не сразу смогла найти слова, чтобы ответить хоть что-то.

— Ты ездила к маме? — уточнил Антон, и я почувствовала, как из-под ног уходит земля.

Он знает про маму. Знает, где она живет. Но я никогда не рассказывала ему о своей семье.

— Ты знаешь про маму? — почти шепотом произнесла я.

— Ну конечно. Моя служба безопасности пробила тебя еще два года назад, — мужчина по-доброму рассмеялся, и меня накрыло неприятным липким чувством, будто все это время надо мной насмехались.

Я строила из себя модную штучку, достойную дорогих брендовых шмоток и туфель, а он все это время знал, что я лишь прикрываю свою бедность и страх вернуться в родную глушь. Не удивлюсь, если и Гела все эти два года смотрела на меня свысока, потому что знала всю правду обо мне. Знала, какая я на самом деле дешевка-притворщица.

Я прикрыла лицо рукой, едва удерживая внезапно потяжелевший телефон возле уха. Антон молчал, давая мне время переварить информацию.

— Может, ты и отца моего знаешь? — холодно поинтересовалась я.